Книга Развод. Дальше - без тебя, страница 83 – Ария Гесс, Оливия Лоран

Его несусветная чушь не то что не усваивается в моей голове, я поражаюсь тому, как человек вообще своими мозгами до таких выводов доходит?! Эгоцентричность высшего уровня… весь мир крутится вокруг тебя, даже когда люди тебя ни во что не ставят… Идиотизм.

Пока я стою в шоке, он делает ко мне резкий шаг. Я инстинктивно отступаю, чувствуя, как внутри все сжимается. В его глазах горит безумный огонь, и мне становится правда страшно.

— Выйди отсюда, — говорю, задом отходя к стене.

— Нет! — он бросается вперед, хватает меня за руки, сжимает так сильно, что я чувствую, как пальцы больно впиваются в кожу. — Я знаю, что ты чувствуешь ко мне, ты не остыла! Ты меня хочешь вернуть, поэтому связалась с Громовым, так я тут, Марусь, я тут…

Его прикосновения отвратительны. От него пахнет каким-то кислым запахом, смесью пота и перегара. Я пытаюсь вырваться, но он держит крепко, его хватка сильна, несмотря на его жалкий вид.

— Отпусти! — кричу я, изо всех сил стараясь сохранять хладнокровие. — Немедленно! Здесь камеры! Если Марк увидит, он убьет тебя!

Он не слушает. Его глаза безумны, они помутнели от злости, от отчаянной, больной одержимости и безысходности. Он дергает меня за волосы, заставляя запрокинуть голову, и пытается задрать мое платье. Ужас обволакивает меня, словно ледяное покрывало. Я борюсь изо всех сил, бьюсь, как загнанная птица, но он сильнее…

Из глаз текут слёзы, я царапаю его лицо, шею, но он не обращает на это внимание…

— Ка-а-а, — я хочу закричать, чтобы позвать секретаря, но он закрывает мне рот.

В этот момент дверь с грохотом распахивается, я не успеваю даже осознать, как воздух разгоняется в легких, когда Паша отлетает от меня, вонзаясь в стену.

Марк нависает над ним. Его лицо, обычно такое спокойное и доброе, искажено безжалостной яростью. Он поворачивает на меня голову, бегло оценивает вид: растрепанные волосы, задранное платье, и его безумный взгляд снова возвращается к бывшему мужу.

— Я же предупреждал тебя, ***! — рычит Марк, и его голос сотрясает кабинет, разносясь эхом по стенам. Это не просто голос — это рев хищника, готового разорвать свою жертву.

Марк подтягивает за шиворот Павла вверх, а потом наносит четкие, отточенные удары в лицо, живот, ребра… Удары такой силы, что лицо Паши раз за разом отлетает, и лишь то, что Марк удерживает его, прижимая к стене, не дает ему упасть.

Я слышу глухие звуки ударов, каждый из которых отзывается болью в моем теле. И не из-за Павла… Я боюсь, что он убьет его, и его заберут у меня.

— Марк, хватит! Остановись, Марк! — кричу издалека, не решаясь подойти и вмешаться.

Но он не слышит. Марк продолжает бить его с такой силой, с таким ожесточением, что я отшатываюсь назад. Вижу, как лицо бывшего мужа заливается кровью. Марк не просто бьет, он вымещает на нем всю свою ненависть, всю ту боль, которую я пережила из-за этого человека. Он бьет за меня, за Милу, за все наши слезы.

Я стою в стороне, прижавшись к стене, не в силах пошевелиться. Внутри меня смешались шок, ужас от происходящего.

— Марк! — снова пытаюсь докричаться до него, хотя уверенность в том, что он услышит, стремительно слабеет.

Но он останавливается, замирает, тяжело дыша, а затем отступает от Паши. Он оставляет его лежать на полу и поворачивается ко мне.