Книга Спаси моего сына, бывший!, страница 41 – Настя Ильина

— Не делай того, о чём пожалеешь. Прошло время, Женя. Царёв не поймёт ничего. Тем более, если ты говоришь, что он стал инвалидом… Судьба сама наказала его.

Ира понимает, о каком незаконченном деле я говорю, но одно она не поняла — я не позволю безнаказанно обижать мою женщину. Пусть даже имею дело с инвалидом.

Мотаю головой, не позволяя ей сказать что-то ещё, и прижимаю палец к губам женщины. Ира вздрагивает от этого прикосновения, а мне хочется впиться в её губы, но я не делаю этого. Нельзя. Рано. Мы не должны снова позволить страсти захватить нас в свой плен.

— Оставайся с ребёнком и ничего не бойся.

Она не успевает сказать и слова, а я спешным шагом иду на встречу со своим врагом, с тем, кто позарился на чужое и причинил боль женщине, которую я люблю.

Выскакиваю из дома и спешу завести машину, но охранник сообщает, что у меня гости. Снова несостоявшаяся тёща решила навестить свою дочь? Или забыла узор обоев посоветовать, а потому решила вернуться? Однако я шокировано выдыхаю, когда вижу Царёва. Мужчина въезжает во двор на своём кресле и с улыбкой глядит на меня:

— Антип, давненько не виделись. Знаю, что ты собирался рано или поздно навестить меня, но твой визит слишком затянулся.

— Мразь, — цежу я сквозь стиснутые зубы и делаю шаг вперёд.

— Ты всегда знал это… Постой, Антип, ну ты же не станешь поднимать руку на беззащитного человека? Я тебе даже ответить не смогу.

Смотрю на слизняка, который разрушил мою жизнь, и не знаю, как быть с ним. Он прав: беззащитного бить я не стану, но я могу лишить его всего, как он лишил меня любимой женщины и веры в любовь, как лишил Иру чести.

— Тогда ты взял Иру силой, — выдавливаю я.

— Рассказала? А я думал не отважится… Был за мной такой грешок, но посмотри на меня, Антип… Я приехал к тебе с добрыми намерениями. — Я застываю, понимая, что не должен верить этому ужасному человеку.

— Не пытайся очистить свою совесть, Царёв. Не выйдет. Я говорил, что война между нами окончена, но она только начинается. Теперь ты узнаешь, на что я способен. Прикоснувшись к моей женщине, ты подписал себе приговор. Хотел играть по-крупному, мы сыграем.

— Брось, тебе не к лицу ярость, Антип. Плохим мальчиком из нас двоих всегда был я. Не занимай моё место, и раз уж ты так сильно хочешь продолжить игру в «Морской бой», то позволь мне первому сделать ход… Я знал, что Ирина беременна. Всю свою беременность она находилась под контролем моих врачей, друг мой. Она родила близнецов. Да-да, не удивляйся, она тоже не знала правду. У тебя не один сын, Антипов, у тебя их два… И один из них скоро улетит в Штаты. Как тебе такой поворот?

Я открываю рот, не в силах сказать и слово.

Он блефует или говорит правду?

В попытке остановить Евгения, я выбегаю следом за ним на улицу и останавливаюсь, как вкопанная, видя человека из прошлого: того, кто разрушил мою жизнь. Я смотрю на Царёва, не в силах пошевелиться, а его взгляд останавливается на мне, и губы растягиваются в какой-то противной самодовольной ухмылке. Мне хочется наброситься на него, отомстить за то, что он сотворил со мной, но я понимаю, что махать кулаками после драки не имеет смысла. Евгений прав: я сама была виновна в том, что случилось. Мне следовало попросить о помощи человека, которого полюбила, рассказать ему всё, но вместо этого я продолжала «служить».