Книга Сидеть, лежать, поцеловать, страница 50 – Изабель Зоммер

— Робин? Ну скажи, какую татуировку ты спрятал под этой?

Его спина и плечи напряглись. Он как бы непроизвольно провел рукой по плечу, под которым красовался ворон. Но обернувшись, он уже снова улыбался. Взяв свитер, Робин вышел на балкон и махнул мне рукой, призывая следовать за ним.

— Ты такая любопытная. Пойдем, я покажу тебе кое-что поинтереснее, чем немного краски у меня под кожей.

Он вышел на узкий балкончик. И вдруг исчез!

— Что за ерунда? – Если он бросился вниз с балкона, чтобы не говорить о татуировочном грешке юности, который за ним, без сомнения, водился, то, на мой взгляд, это был перебор.

Обнаженная, я выбралась из постели и задрожала, когда прохладный воздух стал обвевать не только мое лицо, но и все тело. Стуча зубами, я стояла в оконном проеме и теперь наклонилась вперед, чтобы посмотреть, где Робин.

— Вот это я понимаю – вид! – снова эта насмешливая улыбка, придающая ему нечто плутоватое, мальчишеское. Он совсем не был похож на серьезного адвоката. Нет, он не бросился из окна, а сидел надо мной, но не прямо, а наискосок. Теперь я разглядела узкую пожарную лесенку, ведущую с балкончика на крышу, и узкий плоский выступ, на котором места хватит как раз на двоих. Словно архитектор, давным-давно проектировавший этот дом, специально подумал об этом. Робин смотрел на меня сверху вниз, неприкрыто разглядывая мое обнаженное тело, где не осталось ни сантиметра, к которому бы он только что не прикасался. Ничто не осталось скрытым от его глаз. Поэтому я не собиралась стыдиться его и не убежала обратно в спальню. Вместо этого я показала ему язык.

— Не одевайся! – со смехом крикнул он мне вслед, когда я все же отвернулась от окна. Надо отдать мне должное: на минуту я все-таки задумалась, не закрыть ли мне окно и не выставить ли его из собственной квартиры.

Свою мокрую до нитки одежду я надевать точно не планировала. Распахнув его платяной шкаф, я действительно обнаружила несколько костюмов и сорочек, но нашла и джинсы с футболками, и худи. Вытащила черный свитшот с капюшоном, в котором сразу утонула. Толстовка смотрелась на мне как платье.

— Малыш, мамочка скоро спустится, все в порядке, – крикнула я вниз, склонившись над винтовой лестницей, чтобы Балу не волновался.

А потом, не мешкая, полезла на крышу к Робину.

* * *

Воздух оставался все еще тяжелым после дождя. Мне нравилось, когда в городе пахло мокрым асфальтом, а деревья в аллеях и трава на обочине дороги источали свежий аромат. Балансируя и держа в одной руке кружку с капучино, я поднялась по шаткой металлической лестнице. Робин забрал у меня из рук кружку, чтобы я могла, ухватившись обеими руками, забраться на выступ.

— Ты красивая, – только и сказал он.

С мокрыми, растрепанными волосами, в свитшоте не по размеру я не чувствовала себя фотомоделью, но по его лицу было видно, что он говорит серьезно, и мне было приятно.

Ничего не ответив, я уселась рядом с ним на узкий карниз. Мы сидели над городом, болтая ногами. Какой здесь этаж? Может быть, пятый? Или еще выше? Не знаю, на сколько этажей мы поднялись вместе с собаками, но ступенек было много.

— С точки зрения техники безопасности это выглядит не совсем надежно, – заметила я вместо того, чтобы ответить на комплимент. Человек, который боялся высоты, здесь сошел бы с ума от паники.