Книга Игра в сердца, страница 52 – Сэнди Бейкер

— А ты всегда мечтал быть банкиром? – спрашиваю я и округляю глаза, изображая заинтересованность. Глотаю шампанского и смотрю на него поверх кромки бокала.

Он пожимает плечами, и на миг маска спадает, и я вижу за ней настоящего Дэниела. Потом он снова притворно улыбается, и этот человек исчезает.

— Это семейный бизнес, сама знаешь – профессия, можно сказать, передается по наследству. Лет с семи я всем твердил, что стану банкиром, как отец. Сейчас, конечно, инвестиции куда более запутанная сфера, чем во времена моего отца. Но тебе ни к чему знать о таких скучных вещах, – заключает он.

На самом деле он имеет в виду «ты все равно ничего не поймешь», но я чувствую, что за тренированным обаянием Дэниела скрывается грусть, и невольно начинаю ему сопереживать. И в этот самый момент он тянется ко мне и пытается меня поцеловать. Я вовремя отворачиваюсь, и он целует меня в щеку.

— Да не пугайся ты так, – насмешливо говорит он. – Я же сказал: ты хорошенькая, ты меня заинтересовала. Естественно, я хочу тебя поцеловать.

Должно быть, лицо у меня чернее тучи, потому что он смеется, нет, ржет во все горло, дерзко и надо мной, вот козел. В этот момент мое сочувствие к нему испаряется.

— Знаешь, я смотрела все сезоны «Одинокого волка», ни одного не пропустила… – говорю я, подбираясь опасно близко к правде.

— Серьезно? – Он откидывается на подушки, кладет щиколотку на колено и болтает стопой. Классическая «сильная» поза: я, видимо, провоцирую в нем неуверенность.

— Да, и есть один момент, который всегда не давал мне покоя… – Вообще-то, не один – Анастасия тому свидетель, – но сейчас я волчица Эбби, и она сама решила участвовать в шоу, так что пусть пока будет один. – С чего это Волк так скоро бросается целовать всех участниц? Если ты разбрасываешься поцелуями, как королева красоты на параде, стоит ли принимать тебя всерьез? Тебя и это так называемое свидание?

Он хмурится, но я не пойму, в чем причина: то ли всерьез задумался над тем, что я сказала, то ли недоволен, так как не привык, что его отчитывают.

— Первый поцелуй должен быть значимым, Дэниел. Обе стороны должны ждать его с нетерпением и испытывать приятное напряжение, которое накапливается и разряжается лишь в тот момент, когда смыкаются губы… Только тогда поцелуй объединяет, и кажется, что все встает на свои места.

Хмурое выражение на его лице сменяется чем-то другим: кажется, он заинтригован.

— С поцелуями не стоит торопиться, не стоит целоваться необдуманно или бросаться ими, будто они ничего не значат, – завершаю я свою маленькую лекцию. И закончив, вдруг понимаю, что говорила от лица Эбби. Эбби настоящей, а не вымышленного персонажа, придуманного продюсером и записанного на бумаге.

Дэниел опускает ногу и наклоняется вперед, снова глядя мне в глаза.

— А ты романтик, – говорит он.

— Видимо, да. – Я делаю глоток шампанского, чтобы было чем себя занять.

— Ты такая необычная, – добавляет он, и его глаза выискивают что-то в моем лице, будто оно хранит тайны вселенной.

Я хочу похвалить себя за то, что нашла способ уклониться от поцелуя, но тут на лестнице возникает Кайли, упирается руками в бедра и кричит:

— А когда моя очередь?

Неясно, послали ли ее сюда или она пришла сама; если последнее – что ж, Кайли, неплохая импровизация!