Книга Игра в сердца, страница 85 – Сэнди Бейкер

— Сколько им?

— Четыре, пять лет. – Я никогда не общалась с детьми такого возраста, поэтому просто улыбаюсь. – Эбби, я еще раз хочу тебя поблагодарить.

— За что?

— За твою доброту.

— Элизабет, мы друзья. Не надо меня за это благодарить.

— Да, понимаю, но я признательна тебе за то, что ты всегда за меня заступалась. Я никогда… понимаешь, я выросла в маленькой деревне и ходила в школу в соседнюю деревню чуть больше… деревенские всегда ладили между собой, все друг друга знали, и я никогда не сталкивалась с таким поведением… даже не знаю, как его назвать.

— Буллинг?

— Пожалуй, да.

— Это и есть буллинг, Элизабет. В моей школе были такие же девчонки, и если бы не моя лучшая подруга Лиза, они бы меня постоянно донимали. Лиза меня защищала. Она и вся наша маленькая банда подруг.

— А ты – моя банда. Ты и другие – Каз и Бекка.

— Да. – Я тянусь к ней, беру ее за руку и пожимаю, как делает Бекка. – Ты тут ни при чем: им просто нужно к кому-то придраться. Ну не было у них учительницы начальных классов, которая любила бы их так, как ты любишь своих учеников. – Элизабет улыбается. – Они просто гадины, которым нравится… гадить.

Элизабет хихикает над моим красноречием.

— Но тебе недолго осталось терпеть. Как только получишь паспорт, улетишь домой следующим же рейсом.

Она кивает и перестает хихикать.

— Мне просто очень неловко. Эбби, – признается она.

— Почему?

— Потому что я оказалась не нужна Дэниелу, застряла здесь и чувствую себя униженной.

— Это Дэниел должен расстраиваться, а не ты. Таких, как ты, Элизабет, еще поискать. А еще подумай: всем нам, кроме одной, предстоит быть отвергнутыми и чувствовать то же, что ты испытываешь сейчас. Как знать, может, я стану следующей. Может, мы с тобой вместе домой полетим!

Она улыбается краешком губ, но потом качает головой.

— Нет, ты Дэниелу нравишься. Это видно. Может, он тебя в конце и выберет, Эбби.

Не хочется, чтобы меня стошнило при Элизабет, поэтому я вскакиваю.

— Хорошо, увидимся утром, – говорю я и иду к выходу.

— Спокойной ночи, – говорит она.

Я останавливаюсь на пороге.

— Спокойной ночи, и помни: если тебе что-то понадобится, мы рядом, в конце коридора.

Я закрываю дверь и иду в свою комнату.

Бекка сидит на кровати по-турецки и намазывает руки густым слоем крема. Они словно в йогурте испачканы.

— Хорошо помедитировала? – спрашивает она.

Я на минуту забываю о своем алиби.

— Эм-м… да. Очень… э-э-э… освежает.

Подхожу к кровати и переодеваюсь в ночную рубашку. В начале знакомства мы пару дней скромничали и переодевались в ванной, но быстро перестали стесняться друг друга и теперь спокойной переодеваемся в комнате. Иногда я из любопытства подсматриваю за Беккой. Даже вблизи ее тело безупречно: никогда такого не видела.

— А я никогда не понимала, что в этом такого, – говорит она, продолжая тему медитации. – Я пробовала медитировать, конечно, в конце занятий йогой, но у меня никогда не получалось сосредоточиться. Ум всегда блуждает.

Забавно, но именно в этот момент мой ум занят чем-то совсем другим.

— Но ты должна позволить уму блуждать – это важная составляющая медитации, – отвечаю я. Выбрав медитацию в качестве алиби для моих вылазок в аппаратную или тайный кабинет, я немного изучила эту тему. – Пусть мысли возникают, но ты за них не цепляйся, а всякий раз возвращайся к объекту концентрации. Это называется «практика осознанности», – добавляю я.