Книга Разрушенные секреты, страница 33 – Нева Алтай

Мои ноги все еще дрожат, когда он опускает их со своих плеч, и у меня не остается сил пошевелиться. Лука поднимается, просовывает руки мне под спину и колени и переносит меня на середину кровати.

Накрыв меня одеялом, он наклоняется ко мне и шепчет на ухо:

— Если я увижу, как тебя трогает другой мужчина, он умрет. И его смерть будет очень неприятной. – Он поправляет одеяло на моих плечах. – И больше ты не будешь сама удовлетворять свою киску. Когда о твоей проблеме, как ты ее называешь, нужно будет позаботиться, ты приходишь ко мне. Поняла, tesoro?

— Да, – отрывисто говорю я.

Он кивает и направляется обратно в свою комнату, оставляя меня удовлетворенной и абсолютно шокированной.

Изабелла

Ждать, что холод со стороны Луки прекратится после того, что произошло прошлой ночью, было бы ужасной ошибкой. Когда я спускаюсь на завтрак, он уже там с Розой и Дамианом. Роза закидывает в рот остатки своей еды и бежит в свою комнату, чтобы собрать вещи на день, который она проведет с матерью. Вскоре после нее встает Лука, говорит, что ему нужно поработать, и исчезает, оставляя меня с Дамианом за столом.

— Что между вами двумя происходит? – спрашивает Дамиан, как только Лука пропадает из поля зрения.

— Ничего. – Я делаю глоток сока. – Почему ты спрашиваешь?

Откинувшись на спинку стула, он скрещивает руки и улыбается. Одна вещь, которую я заметила в Дамиане, – это то, что ничто не ускользает от его внимания. Он может казаться беспечным, всегда улыбаться и шутить, но глаза выдают его. За ними скрываются чистый интеллект и расчетливость. Он довольно хорошо играет свою роль беззаботного младшего брата. Если бы я сама не была такой искусной притворщицей, то, возможно, и не заметила бы этого.

— Ты влюблена в моего брата, – говорит он.

Да, он определенно более наблюдательный, чем я думала.

— И что? – спрашиваю я, продолжая трапезу. Нет смысла это отрицать.

Дамиан смеется и качает головой.

— С каких пор?

— Уже несколько лет, – пожимаю я плечами. – Что меня выдало?

— То, как ты смотришь на него, когда думаешь, что никто не наблюдает. А он знает?

— Нет. И ты ему не расскажешь.

— Я и не собирался. Ваши отношения меня не касаются. Но почему ты не скажешь ему?

Я размышляю, стоит ли мне объяснять или нет. Он уже знает, что я влюблена в Луку. Может быть, у него появятся какие-то мысли насчет идиотского поведения его брата.

— Потому что он избегает меня как чумы, – объясняю я. – Он не может смириться с нашей разницей в возрасте. И думает, что я ребенок.

Дамиан начинает помешивать ложечкой свой кофе, хотя я видела, как он это делал минутой раньше.

— Да, я понимаю, почему это может быть для него проблемой, – наконец говорит он и поднимает на меня взгляд. – Мы с Лукой сводные братья. Его мать покончила с собой, когда Лука был совсем маленьким.

Я растерялась. Я этого не знала и была уверена, что у Дамиана и Луки одни родители. Почему я никогда об этом не слышала?

— Понятно. Но как это отражается на ситуации со мной?

— Матери Луки было восемнадцать, когда она вышла замуж за нашего отца. Это был брак по расчету, – говорит Дамиан. – Отцу было сорок.

Я закрываю глаза. Дерьмо.

— Насколько я знаю, мать Луки была психически неуравновешенной, – продолжает он. – Она не смогла справиться с обязательствами, которые легли на нее со статусом жены капо, или с тем, что она была замужем за человеком намного старше ее. Наш отец был суровым человеком. Она была молода и не знала жизни. В конце концов она не выдержала давления.