Книга Скажи мне шепотом, страница 42 – Мерседес Рон

Я с преувеличенным вниманием принялся натирать тарелку. Брат прислонился спиной к кухонному столу и внимательно посмотрел на меня.

— Не стоит и дальше винить ее в случившемся, Тьяго, – очень серьезно произнес Тейлор. – Она не виновата, что…

— Да что ты! – перебил я, резким движением закрывая кран. Любые положительные мысли о Кам сразу же выветрились из головы. – А кто тогда виноват?

— Ты прекрасно знаешь кто.

— Если бы Камилла держала рот на замке, наша мать никогда бы…

— Нельзя винить в таком маленькую девочку, Тьяго. Правда нельзя.

Я с бешенством воззрился на него.

— Она поклялась, что ничего не скажет. – Мне вспомнилась минута, когда она смотрела мне в глаза и обещала никогда и никому не рассказывать о том, что мы увидели. – Я умолял ее не раскрывать рот! А последствия того, что она нарушила обещание, в итоге…

— Блин, ну пора тебе уже пережить это, – холодно прервал Тейлор. – Ты только и делаешь, что ищешь виноватых везде, кроме… в конце концов, это наш отец изменил маме, Тьяго. Дело не в нашей матери, не в Ками, не в ее отце, не в нас с тобой, хотя ты и нас обоих тоже винишь.

— Я никогда…

— Думаешь, я не слышал тебя ночами? – Я удивился его словам. – Думаешь, я не слышал, как ты плакал и звал ее? Как кричал во сне, что только бы это был ты или я, кто…

— Я никогда такого не говорил. Ты мой брат, и я люблю тебя. Никогда в жизни…

— Я знаю, что ты меня любишь. Но не так сильно, как ее.

— Ты говоришь глупости.

— Я говорю, что думаю. То, что понял. То, что знаю.

— Так вот – ты ошибаешься! – закричал я, желая покончить с неприятным разговором. – Закроем тему. Человек, который виноват в случившемся, как раз напротив. И ни ты, ни кто-то другой не заставят меня изменить мнение.

Я не стал ждать ответа. Вышел из кухни, хлопнув дверью, и закрылся в своей комнате.

Стоило повернуться к окну, как я увидел Камиллу. Мне не очень помог данный факт. Она смотрела в сторону нашего дома. На долю секунды наши глаза встретились, а потом Кам быстрым движением задернула штору, спрятавшись за ней.

Неужели слышала наши крики?

Тем лучше.

Пусть наконец зарубит себе на треклятом носу.

КАМИ

Человек, который виноват в случившемся, как раз напротив. И ни ты, ни кто-то другой не заставят меня изменить мнение.

Я без помех разобрала его слова. Наши дома располагались достаточно близко, чтобы все было слышно, тем более что окна оставались нараспашку из-за жары позднего лета. Кстати, мать всегда настаивала, чтобы мы закрывали окна, когда ругаемся. И без разницы, кто это делает: мы с ней, или родители между собой, или даже Кэм со мной. Нельзя, чтобы окружающие выяснили, что за закрытыми дверьми семья Хэмилтон не так идеальна, как всем казалось. Ведь все, что соседям удастся подслушать, на долгие недели станет главной сплетней города. По этой причине я научилась не повышать голоса, когда сержусь или раздражаюсь. Заявляю со всей ответственностью: приобрести такое умение не так-то просто.

От осознания, что Тьяго считал меня виноватой в произошедшем шесть лет назад, что винил меня в страданиях своих близких, сжималось сердце. Я всегда испытывала чувство вины, всегда понимала, что, закрой я тогда рот, ничего бы не случилось. Ужасно тяжело расти с подобным камнем на душе.

Я годами не могла спокойно спать. Отец думал отправить меня к психологу, но мать настаивала, что я просто хочу привлечь к себе внимание. Привлечь к себе внимание? Я? Сколько себя помнила, мне хотелось оставаться в тени. Мне вообще не нравилось находиться в центре внимания, но мать всегда делала собственные выводы обо мне. Я играла роль ее куклы, которую она постоянно наряжала, потакая своим капризам. Единственными, кто помог мне разобраться, кем я являюсь на самом деле, были братья Ди Бьянко. Только с ними мне удалось открыть дикую часть себя, отдаться любопытству и желанию играть на грани.