Книга Жестокий король, страница 98 – Рина Кент

— Хорошо. – Я покусываю мочку ее уха, пробуя на вкус ее кожу вместе с каплями дождя. – Ты тоже сводишь меня с ума.

Она полностью разворачивается ко мне и кладет обе ладони на мою грудь.

— Ты когда-нибудь остановишься?

— Никогда, принцесса. – Помолчав, добавляю: – Ты сказала, что уходила. Почему не ушла?

— Шел дождь.

— И все?

— В тот день, когда мама погибла, лил дождь. С тех пор я ненавидела дождливые дни. Пока… – Она смотрит на меня с невероятной беззащитностью во взгляде. – Ты показал мне, что можно снова наслаждаться им. Спасибо.

Нет. Это тебе, папа, спасибо.

Я провожу пальцами по ее волосам, убирая мокрые пряди с лица.

— Значит, теперь ты у меня в долгу?

Она бьет меня по груди.

— Ты стремишься получить выгоду из любой ситуации, да?

— А чего ты ожидала?

— Хорошо, и что ты хочешь получить взамен?

— Твой альбом.

— Нет, – говорит она, занимая оборонительную позицию, ее щеки вспыхивают, даже несмотря на дождь.

Смеюсь в ответ. Я попросил у нее альбом просто для видимости. Я уже несколько раз пролистал его, пока она заканчивала очередной круг в парке.

Черт, я даже по ночам, когда мне не спится, разглядываю рисунок, который украл у нее из дома, и мысленно представляю ее сосредоточенное лицо.

— Выбери что-нибудь другое, – говорит она.

— Но я хочу альбом.

— Выбери что-нибудь другое или не получишь ничего.

— Тогда начнем с танца под дождем.

— Начнем? – усмехается она. – А что будет потом?

— Понимаешь, в этом твоя проблема, принцесса. Тебе нужно научиться не думать о том, что будет дальше. – Я притягиваю ее к себе за талию, и мой утренний стояк упирается в нижнюю часть ее живота. – Живи настоящим.

Тихий вздох слетает с ее губ, она смотрит на меня широко раскрытыми, полными желания глазами.

— Ты погубишь меня.

Я облизываю галочку над ее верхней губой.

— Обещаю, ты насладишься каждой секундой.

У нее перехватывает дыхание.

— А если нет?

— Тогда хотя бы не забудешь этот опыт.

— Почему ты не можешь быть милым?

— Я чертовски милый. – Я втягиваю ее верхнюю губу в рот.

Она с улыбкой отстраняется.

— Мог бы соврать и сказать, что постараешься быть ко мне снисходительнее.

Я смеюсь, и впервые за многие годы этот смех искренний.

— Я никогда не буду снисходителен к тебе. Наоборот, стану еще напористее.

— Еще? – чуть ли не выкрикивает она. – Блин, куда уж больше?

— О, ты еще многого не видела. – Я беру ее на руки под проливным дождем и прижимаюсь лбом к ее лбу. – Ты можешь принять это как благо, принцесса, или бороться с этим. Выбор за тобой.

Я кружу ее, она взвизгивает и крепко обнимает меня за шею, словно ребенок с человеком, которому доверяет. А потом смеется и хохочет так заливисто, что я невольно улыбаюсь в ответ.

— Можешь хотя бы сказать, что мы будем делать дальше? – кричит она между приступами смеха.

— Ты правда хочешь знать?

Я нахожу губами ее шею и присасываюсь к непомеченному участку кожи на ключице, отчего ее дыхание учащается.

— Как только мы закончим танцевать под дождем, я…

— Ты что? – Требовательные нотки в ее голосе возбуждают меня.

— Я трахну тебя в душе, принцесса.

Ее зрачки расширяются, она шумно сглатывает и льнет ко мне всем телом.

В глубине души она все еще сопротивляется мне, но совсем скоро поймет, что от меня ей не убежать.

Дядя был прав. Я все разрушаю.