Книга Испорченный король, страница 85 – Рина Кент

— Повтори.

Я сглатываю, и этот звук потрескивает в раскаленном напряжении, повисшем в воздухе.

— Ну же, сладкая. Скажи это.

Я не должна была вестись.

Учитывая убийственную энергию, циркулирующую вокруг него, мне следует поберечь свой многострадальный зад и заткнуться.

Должно быть, я не в своем уме, потому что говорю:

— Мой парень Ксандер. Он, должно быть, ищет…

Все происходит так быстро, что я едва успеваю отреагировать.

Эйден бросает меня на кровать и залезает на меня сверху. У меня перехватывает дыхание, когда я замечаю безумный взгляд в его глазах. Как будто кто-то дернул выключатель.

Ядернула.

Я лежу под его телом. Его плечи напрягаются под тканью футболки, и он тяжело дышит, как будто только что вернулся с пробежки.

Я сжимаю бедра, не желая, чтобы он видел, какой ошеломляющий эффект он оказывает на меня.

Потому что в этот самый момент, когда он такой угрожающий и пугающий, я не чувствую опасности.

Я должна ее чувствовать.

Вместо этого я следую ее зову, жажду вонзить в него когти и разорвать непроницаемое лицо, чтобы заглянуть за него.

Я почти уверена, что найду монстра, но я все равно хочу его увидеть.

Я все еще хочу посмотреть, из чего он сделан. Почему он выбрал такой путь.

Его рука тянется к моему лицу. Я сглатываю, когда он чувственно проводит пальцем по моей щеке. Это должно ощущаться мягко, но все, что я вижу, – это темнота, скрывающаяся под поверхностью.

Я жажду этого. Я хочу, чтобы он дал ей волю.

Если он болен, и я хочу, чтобы я заболела, что это значит для меня?

— Похоже, та ночь под дождем не пошла тебе на пользу. – Его голос слишком спокоен, когда он щиплет меня за щеку. – Я же говорил тебе, сладкая. Ты уже моя, так что перестань вести себя иначе.

— Я не твоя.

— Быть моей – это факт, а не вариант. Мне плевать, примешь ли ты его или будешь сопротивляться. – Он утыкается носом в мою щеку. – Но с меня хватит давать тебе свободу. Ты не можешь вести себя так, будто ты мне не принадлежишь.

— Или что?

Он качает головой.

— Тебе не стоит этого знать.

— Почему нет, черт возьми?

— Будь моей, и ты станешь королевой на моей доске. – Он делает паузу и облизывает языком мою нижнюю губу. – Борись, и останешься пешкой.

Что-то подкатывает к моему горлу, и я не могу проглотить это. Он зол.

Нет, он в ярости.

Другому человеку эта версия Эйдена показалась бы нормальной, даже мягкой, но Эйден из тех, кто прячет свой гнев под маской спокойствия.

Сказать, что я не боюсь, было бы ложью, но я преодолела стадию ослепляющего страха. Теперь я могу видеть сквозь него его одержимость мной. То, как он, кажется, физически стремится овладеть мной. Я это вижу.

Желание.

Моежелание.

То, как я реагирую на него, начинает пугать меня больше, чем то, как он реагирует на меня.

Словно подкрепляя сказанное, Эйден сжимает мою челюсть, так что я оказываюсь прикована к серому шторму в его глазах. Они разрушающе красивые и ужасающие.

Теперь я знаю, почему штормы называют именами людей.

— Кем ты будешь? – он растягивает слова. – Королевой или пешкой?

— Никем.

— Никем, значит?

— Я не шахматная фигура на твоей доске, Эйден. Я человек с человеческими потребностями.

Его губы растягиваются в ухмылке.

— Человеческими потребностями. Хм. Над этим мы обязательно поработаем.

Я ударяю его по плечу.