Книга Стальная принцесса, страница 111 – Рина Кент

— И ты все равно не приехала.

— У меня была психологическая травма в Бирмингеме, Элси. Когда я въезжаю в город, все, что я вспоминаю, это как папа швырнул мне в голову пепельницу за то, что я спрятала его выпивку. – Она приподнимает прядь своих рыжих волос, чтобы показать мне поблекший шрам. – Я истекала кровью до тех пор, пока не подумала, что умру. После того как меня выписали из больницы, я собрала свои вещи и пообещала никогда больше не возвращаться в Бирмингем.

— Что ты знаешь о браке моих родителей? – спрашиваю я.

— Элси…

— Скажи мне, тетя.

— Эбби была психически нездорова. – Тетя вздыхает, кажется, погруженная в свои мысли. – Она страдала от депрессии и некоторых маниакальных эпизодов после смерти нашей матери. Из-за того, как папа обращался с ней, все стало еще хуже. Когда она вышла замуж, казалось, что ее жизнь налаживается. Она больше улыбалась и постепенно выздоравливала от жестокого обращения отца. Итан выглядел так, словно заботился о ней. В то время он был самым богатым долбаным магнатом в Бирмингеме. Он владел угольным и сталелитейным заводами, и все его боялись, включая нашего отца. Я была счастлива, что он больше не мог причинить ей боль.

— Подожди. – Я поднимаю руку. – Итан? Я думала, моего отца звали Джон.

— Мы хотели спрятать тебя от людей твоего отца, – говорит дядя.

Людей моего отца? Что они хотят этим сказать?

— Почему вы хотите спрятать меня от них?

— Потому что они хотят забрать тебя у нас, – рычит тетя.

— Блэр, – успокаивает ее дядя.

— Расскажи мне больше, – прошу я.

— Больше? – Тетя хмурится.

— Ты сказала, что мама выздоравливала, но что-то произошло, не так ли?

— Я же говорил, тыковка. – Дядя выглядит огорченным. – Илай утонул.

Рыдание застревает у тети в горле.

— Я не думаю, что Эбби оправилась после этого. Тебе было шесть, а ему семь. Вы играли на берегу озера, когда он ушел в воду и больше не вынырнул. Эбби писала мне письма, в которых говорила, что она держит тебя на руках, пока ты спишь. Она назвала Илая тем, чье имя нельзя называть, потому что теперь она сосредоточится только на воспитании тебя.

Мое сердце бьется так быстро, будто вот-вот выскочит из груди.

Теперь все обретает смысл.

Я помню, что она держала меня так, словно хотела выдавить из меня жизнь. Что она пела мне песни своим завораживающим голосом.

Почему я не могла вспомнить, что случилось с Илаем?

Как получилось, что он посетил меня только один раз в моих снах?

— А что насчет моего отца? – спрашиваю я. – Где он был?

— Он помогал ей. – Тетя шмыгает носом и вытирает слезы. – Или, во всяком случае, пытался. Теперь, когда я думаю об этом, то понимаю, что смерть Илая уничтожила ее точно так же, как смерть мамы уничтожила моего отца.

В комнате воцаряется тишина, нарушаемая лишь моим прерывистым дыханием.

Мне следует остановиться, обработать всю информацию, которую я только что собрала, а затем вернуться с вопросами.

Но теперь, когда я начала, то не могу просто остановиться.

Я как ненасытное чудовище.

— Как я выжила в пожаре, тетя?

— Я действительно не знаю, Элси. – Она бросает взгляд на дядю, и он берет ее за руку. – В тот день нам позвонили, потому что мы были ближайшими родственниками. Мы нашли тебя в больнице, раненую и кричащую. Иногда ты била меня. Доктор Хан сказал, это было потому, что я напоминала тебе твою мать.