Книга Искусительная маленькая воровка, страница 210 – Меган Брэнди

Бронкс хмурится, затем пожимает плечами, откидывается на спинку сиденья, вытаскивает тюбик и начинает поправлять кроваво-красную помаду, глядя в зеркало заднего вида.

— Рокки, я бы пристрелила его, если б он так не нравился твоему мужчине.

— Похоже, я нравлюсь еще кое-кому, – язвит Хейз.

— И кому же? – фыркает Бронкс и поворачивается ко мне. – Ты в порядке, подруга?

— Его избили до полусмерти… – Мои легкие работают на пределе, и мне надо восстановить дыхание. – Он уже был без сознания, Би, но они продолжали избивать его. Когда-то так делал его отец.

Гнев угрожает поглотить меня целиком, и я не буду прятаться от этого чувства. У него не было возможности спрятаться…

Руки Дельты находят мои, и она сжимает их; наши глаза встречаются.

— Бастиан знал, что может случиться что-то подобное. Ты ничего не могла сделать.

Мой рот открывается, но прежде чем я успеваю заговорить, машина резко останавливается.

— Приехали, – бормочет Хейз.

Дамиано подается вперед, смотрит в окно, и его лицо мгновенно бледнеет.

— Черт. Он действительно здесь.

— Кто?

Дам качает головой, ругаясь себе под нос.

— Дамиано, кто?!

— Энцо. – Его брови сходятся, он переводит напряженный взгляд на меня. – Энцо здесь.

Что. За. Черт.

Бас

ТУМАН В ГОЛОВЕ НАЧИНАЕТ ПРОЯСНЯТЬСЯ, НО КОНЕЧНОСТИ ВЕСЯТ В ДЕСЯТЬ РАЗ БОЛЬШЕ, пока я пытаюсь стряхнуть остатки транквилизатора, которым меня накачали. Похоже, это дерьмо стало их любимым оружием после того, как моя девочка применила его первой.

И без помощи клацанья и лязга я знаю, что обнаружу, когда открою глаза, и я не разочарован. Наручники толщиной в несколько сантиметров фиксируют мои запястья и лодыжки, цепи – почти что якорные, но он оказался изобретательнее меня – пристегнул еще одну цепь к моей шее. Мы находимся в поместье Грейсон, в этом я тоже не сомневаюсь, как и в том, что он терпеливо ждал момента, когда сможет сесть напротив крестьянина, захватившего короля только для того, чтобы, в конце концов, отпустить его.

Райо Ревено сидит на стуле и пристально смотрит на меня, в его бокале плещется янтарная жидкость, когда он покачивает головой.

— Можешь и мне плеснуть.

Мой голос звучит хрипло, рассеченная кожа на губах саднит. Так уж случилось, что в моей жизни было больше разбитых губ, чем ужинов со стейками, и вкус теплой жидкости, стекающей по подбородку, мне знаком больше, чем вкус хорошего виски.

Я получил хорошую порку. Ребра ноют, левое плечо не на месте, и завтра я буду выглядеть как пятнистый далматинец, но нет ничего, с чем я бы не смог справиться. Ничего такого, с чем бы я не сталкивался раньше.

Глаза Ревено сужаются, он качает головой, наверняка испытывая отвращение к бедному панку, попавшему в ловушку.

Да, я тот же панк, которого он встретил несколько месяцев назад. Правда, у меня теперь несколько приятных нулей на счете, но по большому счету ничего не изменилось. Он по-прежнему ненавидит меня, я по-прежнему трахаю его дочь.

Бьюсь об заклад, ему приятно видеть перед собой парня, который чуть было не одержал верх над неприкасаемым, в таком непотребном виде. Он внимательно наблюдает за мной, он хочет прочитать меня, хочет выведать волшебный секрет, который оправдает то, что он поддался такому, как я. Подонку, с которым даже ему не по себе, который недостаточно хорош, чтобы пригласить его дочь на танцпол…