Книга Ты пахнешь как солнце, страница 46 – Эллин Ти

Даня одевается, и я понимаю, что оставаться в номере он явно не планирует, и все-таки идет на пляж с нами. Ну, надеюсь, он хотя бы там не найдет, за что на меня обидеться.

Боже… мои мысли такие странные. Почему так происходит вообще? Я столько лет его люблю. И я люблю до сих пор! Но я столько вещей ему прощала, пока мы не были вместе, что все это больше было похоже на издевательство. А теперь что? Теперь, когда мы наконец-то по-настоящему вместе, когда у нас все относительно нормально, меня не устраивает то одно, то другое. Дело во мне или я просто устала от всего этого? Не понимаю. И не уверена, что хочу понять, если уж совсем честно. Просто хочу жить. Спокойно, и… и как раньше.

Я не узнаю себя, и от этого мне дико тошно. Нет больше той Миры, которую я сама в себе любила. Ее сломали и выбросили на помойку, оставив что-то смутно напоминающее когда-то веселую и зажигательную рыжую девчонку, которая всегда с легкостью могла организовать самый активный отдых любой толпе народу.

И что со мной сейчас?..

— Так рвалась в свою Валенсию, а в итоге вообще без настроения. – Даня врывается в мои мысли, когда я надеваю босоножки, собираясь уже выходить из номера.

— Интересно, почему я такая, да? – отбиваю его нападку на меня. Чувствую себя отвратительно, но я ведь много не прошу, разве нет? Просто общайся со мной нормально и не будь ребенком, всё! Давай отдыхать вместе, а не страдать ерундой. Удивительно, что он мне еще Матео не припомнил, кстати. Я была готова выслушать за те объятия очень много разных слов.

— Мы вроде все обсудили, – говорит он, когда мы уже выходим в коридор.

— Мы не обсудили вообще ничего. Ты просто сделал вид, что ссора больше не актуальна.

— А разве актуальна? Мы приехали отдыхать, хватит глупых обид. Ты даже наверняка уже не помнишь, на что обижаешься.

— Мне не нужен повод, мне хватает твоего постоянного отношения ко мне. Отстраненного и глупого. Словно я не твоя девушка, а черт знает кто вообще. Ноль внимания, ноль понимания, ноль желания сделать хоть что-то хорошее. Зато придраться за очередное платье и высказать какое-то недовольство ты не забываешь никогда, – меня бесит, что лифт едет так долго. Жму на кнопку уже сотый, наверное, раз.

— Заметь, я ни слова не сказал тебе, что ты обжималась с тем разноцветным, хотя вообще ненормально обнимать других парней, когда у тебя есть свой собственный.

— Во-первых, с твоим обгоревшим носом и кучей пятен от аллергии на коже ты разноцветный сильно больше, чем Матео. А во-вторых, мы не обжимались, а…

— Ах, Матео, – внезапно говорит он, и я вдруг понимаю, почему он до этого момента не вынес мне мозг. Он просто не понял, что это был тот самый Матео. Надеюсь, он хотя бы немного приревнует и будет бояться меня потерять, раз уж так. Потому что иначе я выслушаю сейчас все это просто так. – То-то я думаю, что он вцепился в тебя. А это тот самый Матео, который трахал тебя все две недели, что вы отдыхали тут. Забавно, забавно.

— Начнем с того, – я наконец вхожу в этот чертов лифт, – что никто меня не трахал, как ты выразился. И что ты имеешь против? Только благодаря этой информации мы с тобой сошлись нормально. Жалеешь, что не можешь продолжать бегать по своим бабам каждый месяц, как было раньше?

— Не неси херню, Мирослава.