Книга Ты пахнешь как любовь, страница 37 – Эллин Ти

Все в ней кричало о том, что она другой человек, но в то же время я понимал, что эти крики лживы. Она точно была ей. Запах – первое подтверждение. Движения – второе. Дело в том, что в мире не было девушки, кто подходил бы мне в танце лучше Яны. Ни одной. Не существовало той, кто мог бы на уровне инстинктов считывать мои следующие движения и подстраиваться под них. А она могла. Удивительное качество удивительной девушки. Сегодня произошло точно так же. Абсолютно чужие люди, но мы слились в танце так точно, словно репетировали как минимум лет пятнадцать до этого.

И ровно в этот момент я понял, что это она.

На всякий случай, чтобы все-таки не опозориться, я взглянул на местечко над ее локтем во время танца. Маленькое сердечко, которое соединяло нас даже сквозь тысячи километров, все еще красовалось на молочной коже, и я против воли улыбнулся.

Не могло быть встречи эпичнее, чертовы маски и так исказили едва узнаваемые образы, и я не мог дождаться минуты, когда танец закончится и я сорву с нее мешающее украшение.

Мы не могли не победить, потому что наш тандем всегда был впереди всей планеты, но победа – последнее, что волновало меня сейчас, учитывая, что свидание победителям придумывал я буквально прошлой ночью.

Я был просто чертовски рад ее видеть, как мальчишка. Тот самый, восемнадцатилетний, который десять лет назад поцеловал ее на прощание и уехал в аэропорт, чувствуя, как тот самый камешек в груди разрастается с каждой новой ее слезинкой.

Дрожь в пальцах сегодня была до последней секунды, я все еще думал, что могу облажаться и принять другую девушку за нее. В таком случае мне пришлось бы ехать в Россию и находить мою Цареву, потому что ровно в то мгновение я понял, как чертовски соскучился.

Но это была она… И я подхватил ее на руки и обнял так крепко, насколько хватало сил. Мне было даже плевать на то, что нас вполне мог видеть ее жених и я мог в любую секунду получить по морде.

Я так скучал…

Она прижалась ко мне, и я понял, что у нас все хорошо. Ну то есть я в целом побаивался, что десять лет моего отсутствия в ее жизни могут отразиться плохо. Мы совсем не общались, я явно ранил ее отъездом, но все прошло хорошо. Она обняла в ответ, и камень в груди рухнул, больше не доставляя тяжести.

До сих пор обнимаю, не могу расцепить рук уже около трех минут, и радуюсь, что она тоже не спешит от меня отлипать. Яна – это не просто часть моей жизни с трех до восемнадцати лет. Она и есть жизнь.

— Я поверить не могу, – шепчу ей, зарываясь носом в волосы. Горькая нотка миндаля щекочет рецепторы, и я улыбаюсь, как идиот, не веря в происходящее. Удивительно, что мы пересеклись вот так вот. В мире миллион развлечений для туристов и еще больше парней, мечтающих станцевать с такой красоткой, но каким-то чудом именно мы повстречались друг другу именно здесь. Удивительно!

— И я, – говорит она, и я чувствую в ее голосе улыбку.

Приходится отстраниться, чтобы наконец-то взглянуть в ее лицо, потому что я толком не успел сделать этого после снятия масок. Но руками все еще держу за плечи, магнитом тянет.

— Чертовски красивая, – говорю первое, что вертится на языке. Она и правда невероятна. – Влюблюсь сейчас, Царева, тормози меня.

— Я заноза в заднице, вспоминай, – хохочет она и склоняет голову, поправляя упавшие на лоб кудри. – Ну и ты хорош! Андреас, серьезно? С каких пор?