Книга Щенячья любовь, страница 98 – Келли Моран

И тут он увидел ее.

Ее темно-красное платье сочеталось с помадой того же цвета. Глубокий V-образный вырез на груди, облегающая ткань подчеркивала изгибы талии и бедер и спадала до лодыжек. Разрез с одной стороны намекал на длину ног, но позволял увидеть их лишь мельком. Высокая прическа подчеркивала ее царственную шею. И она что-то сделала с глазами, так как теперь они приобрели оттенок молочного шоколада.

Она медленно и грациозно подошла к столу в своих – да чтоб вас всех! – красных туфлях на высокой шпильке и уселась между ним и Дрейком.

— Привет, ребята! Вы все замечательно выглядите.

Поскольку проглотить язык Кейд просто не мог с анатомической точки зрения, он решил, что плотный комок возник от волнения. Волнение? У него? Он откашлялся.

— Ты тоже. Просто красавица.

Она улыбнулась, и от этой улыбки у нее заблестели глаза, а у него заныло где-то чуть ниже пояса брюк.

— Спасибо.

Когда она повернулась к Дрейку, Кейд, кажется, разучился дышать. Ее спина была обнажена до поясницы. Бледная гладкая кожа так и притягивала к себе, умоляла о ласках. Медленных и нежных поцелуях.

Ее спокойный голос заставил Кейда посмотреть на брата.

— После всех моих стараний сделать тебе галстук ты все-таки пришел в костюме?

Дрейк провел ладонью по белой рубашке, он уже немного ослабил галстук и расстегнул верхнюю пуговицу.

— Оставлю ту футболку для моего следующего выхода в свет, – уголок его рта слегка изогнулся в… Да быть не может, Дрейк улыбался! Эйвери не только убедила его прийти на бал, но и заставила улыбаться!

Это не ускользнуло от внимания остальных присутствовавших за столом, судя по их выпученным глазам и открытым ртам. Дрейк совершенно игнорировал их внимание к своей персоне. Кейд переглянулся с Флинном. Тот понимающе кивнул.

Стоп. Она сделала галстук для его брата?

Вероятно, он произнес этот вопрос вслух, поскольку Эйвери повернулась к нему и рассмеялась.

— Нет, я…

— Она нарисовала его маркером на футболке, – второй уголок рта Дрейка тоже поднялся, превращая его кривую усмешку в полноценную улыбку.

Кейд невольно хмыкнул. Он вдруг вспомнил детство, как они играли в бейсбол или бросались друг в друга снежками. И свадьбу Дрейка с Хизер – в те дни улыбка почти не сходила с лица его брата. Прошло уже так невыносимо много времени с тех пор, как он видел в нем хоть какие-нибудь признаки жизни. Иногда замечал короткие проблески, но они так быстро исчезали, словно и не появлялись вовсе.

Разумеется, с этой футболкой наверняка связана какая-то история, но Кейду было наплевать. Рядом с Эйвери его волновала только одна мысль – он хотел немедленно расцеловать ее. За то, что она снова заставила Дрейка улыбаться. За то, что организовала работу в клинике и этот праздник. За то, что была чудесной мамой. За то, что набралась мужества, рассталась с прежней комфортной и привилегированной жизнью и начала все сначала.

И за то, что заставляла сердце Кейда так бешено стучать. Потом замирать. И снова стучать с еще большей силой.

По комнате разнесся пронзительный скрип микрофона, так что Кейд подскочил на месте. Он потряс головой, восстанавливая слух, сделал большой глоток пива и посмотрел на источник шума. Тетя Мэри с важным, как и подобает мэру города, видом поднялась на небольшую сцену, где находился диджей. В последние годы все праздники обычно начинались с ее короткой вступительной речи. Кейд откинулся на спинку стула и сделал вид, что внимательно слушает.