Книга Веди меня, страница 107 – Келли Моран

— И ты не опускаешь сидение унитаза. – Она поцеловала его в подбородок, ей нравилось, как его щетина царапает кожу.

Флинн оглянулся и задумался.

— Это вряд ли. Мама заставляла нас с братьями всегда держать его опущенным. К тому же ты так часто приходишь ко мне в гости. Так что с этой дурной привычкой я давно справился.

— Ну вот! – игривым тоном сказал она. – Флетч мне солгал. Должны ведь у тебя быть недостатки! Я их обязательно найду.

Флинн в тревоге нахмурил брови, улыбка исчезла, как будто он не был уверен, стоит ли воспринимать ее слова всерьез. Заправив прядь волос ей за ухо, он провел костяшками пальцев по ее щеке, и нежность наполнила его глаза. Он внимательно изучал лицо Габби, стараясь ничего не упустить, как будто хотел сохранить в памяти ее черты. Он открыл рот, словно собирался что-то сказать, но потом передумал и закрыл его.

Габби провела большим пальцем по его нижней губе. Как же ей нравились его губы. Полные, мягкие, теплые. Он мог поджимать эти губы, когда сердился, кривить их, когда волновался, а мог – остановить время своей улыбкой. И хотя разговаривал вслух он только с ней, его губы в эти мгновения были очень выразительными. А его поцелуи говорили намного больше любых слов.

Флинн откашлялся.

— У меня много недостатков, Габби.

Ой, она расстроила его своей шуткой.

— Мне все равно.

Взволнованно вздохнув, он покачал головой, как будто ее ответ вызвал у него тревогу.

— Но ведь это не так, правда? Мне кажется, ты – единственная, кто может увидеть во мне нормального человека, а не инвалида.

Боже. Это… нет. Как же сильно его слова тронули ее сердце. Она проглотила комок в горле, возникший от внезапно нахлынувших эмоций.

— Конечно, ты прав. Все мужчины – инвалиды. Парни и в подметки не годятся нам, девушкам. Но не волнуйся: когда я смотрю на тебя, то в первую очередь вижу в тебе человека.

Он опустил голову и взмахнул своими преступно длинными ресницами, буквально пригвоздив ее к месту изумленным взглядом. Потом закрыл глаза, запрокинул голову и рассмеялся. Он уставился в потолок, словно обращаясь с молитвой к высшим силам, после чего потряс головой и лишь затем опять взглянул на нее.

И чем дольше он на нее смотрел, тем серьезнее становился его взгляд, от которого затрепетало ее сердце.

— Ты уложила меня на лопатки, милая. Честное слово. Два с лишним десятилетия дружбы, а ты все еще способна меня удивлять.

Габби пожала плечами.

— Я же сказала, что женщины – высшая форма разума. Мы просто намного умнее вас.

Его тихий смех проник ей под кожу и захватил ее всю.

— Думаю, что дело именно в тебе, Габби, – сказал он ей в губы, которые через мгновение поцеловал, а затем, отстранившись, спросил: – Проголодалась?

— Еще бы!

Флетч дернул ее за простыню, и она посмотрела на него. Пес завилял хвостом.

— Кажется, мой второй парень ревнует.

Флинн закатил глаза и покрепче прижался к ней.

— Этого еще не хватало!

Она вошла за ним в дом и взяла со столика его телефон. Разблокировала, открыла фотогалерею и улыбнулась. Он сделал несколько фотографий с ней, пока она была во дворе. Одно фото, где она скорчила смешную рожицу. И еще одно, где глядит на него через плечо. Белая простыня на фоне ночного неба и темного леса вдалеке придавала ее облику сексуальный и загадочный вид. Габби переслала себе этот снимок. А на самом первом фото, которое Флинн сегодня снял, она сидела на корточках перед Флетчем и улыбалась.