Книга Веди меня, страница 137 – Келли Моран

Восхищенные вздохи гостей вынудили Габби рассмеяться сквозь слезы.

Флинн прошептал губами: «Я люблю тебя» – исключительно для нее.

О боже, боже, боже! Он ее просто убивал. Габби сжала губы и повторила эту свою мысль на языке жестов.

Флинн обратился к Кейду:

— Наблюдать за тем, как мой брат впервые в жизни влюбился, было очень интересно. – Он улыбнулся Эйвери. – А ты не найдешь парня лучше его, даже если он и кажется еще большим ребенком, чем Хейли. – Снова смех. – Я желаю вам обрести такое же счастье, что и я.

Гости поприветствовали Флинна радостными криками, а он передал микрофон диджею, который поставил песню для танца друзей жениха и невесты. Флинн спрыгнул со сцены, передал Хейли в руки Брента и обнял Кейда. Дрейк взял за руку Зоуи и повел ее танцевать. Рядом с ними встали Кейд с Эйвери и Брент с Хейли.

Габби нервно икнула, ожидая, пока Флинн подойдет к ней, слезы текли по ее щекам. Этот мужчина, этот нереально прекрасный мужчина принадлежит ей. Грудь сдавило словно тисками, и она просто не могла дышать.

Флинн повернулся к ней, и все перед ее глазами закружилось. Он сморщил лоб, его глаза преданно и страстно смотрели на нее. Мгновение он стоял неподвижно, словно не мог поверить своему счастью, не мог поверить, что она его действительно любит.

Затем подошел к ней, прижал к своей груди и приподнял. Ее ноги повисли над полом, он прижался губами к ее губам, и она наконец-то перестала дрожать. Запустив пальцы в его мягкие густые волосы, Габби застонала, а нежная мелодия песни растворилась вместе со всем остальным миром, переставшим в этот момент для нее существовать.

Боже, думала ли она когда-нибудь, что можно быть настолько счастливой?

Наклонив голову, Флинн стал целовать ее еще глубже, положил ладонь ей на затылок, словно хотел удержать рядом с собой, в то время как своими эмоциями он больше уже не мог управлять. Его поцелуй стал отчаяннее, он ласкал ее язык своим языком, говоря ей безо всяких слов тысячу важных вещей. Он любил ее… скучал по ней… он все ради нее сделает… и никогда больше не отпустит.

Поцелуй как будто успокоил Флинна: напряжение в руках ослабло, и Габби выскользнула из его объятий. Он отстранился, с усилием выдохнув воздух, его веки стали тяжелыми от желания.

— Габби, я люблю тебя. Люблю так сильно, что не могу ни о чем думать, когда тебя нет рядом.

Боже мой! С ума сойти! Она провела большим пальцем по его нижней губе, эмоции переполнили ее до краев.

— Я тоже тебя люблю.

Он сделал первое осторожное движение и начал кружиться в медленном танце.

— Вижу, сегодня ты использовала водостойкую тушь. Правильный выбор, мое плаксивое сердечко. – Он провел у нее под глазами большими пальцами, вытирая остатки влаги, его взгляд был нежным и веселым.

— Да, я плакса. Ничего не могу с собой поделать.

— Моя плакса. И я не хочу, чтобы ты менялась. У тебя же душа нараспашку – все, что ты чувствуешь, видно в твоих глазах. Твои эмоции очень глубоки, и мне это нравится. – Он вздохнул. – Прости, что я так себя повел. Что сомневался в тебе, в нас. Я был дураком. – Он сжал руки у нее за спиной, словно хотел поставить восклицательный знак в конце своего высказывания.

Сердце было настолько переполнено чувствами, что у Габби заболело в груди.

— Я понимаю. И ты по-своему был прав, что сомневался. Это время, которое мы провели, не общаясь друг с другом, позволило мне понять, что мы все делаем правильно.