Книга Веди меня, страница 47 – Келли Моран

Она серьезно? Он ее не хочет?

Он замер, глядя в эти чертовски большие голубые глаза, и сжал руки в кулаки, чтобы не дотронуться до нее. Не уложить на ближайшую плоскую поверхность и не продемонстрировать, насколько неверными были ее предположения. Когда он вздохнул, ему обожгло легкие. В висках застучало.

К черту все! Габби хотела услышать ответ? Она его услышит.

Взяв Габби за локоть, он заставил ее подняться.

Идем ко мне в машину. Скорее.

— Что? Что ты…

Он посмотрел на Габби с таким невозмутимым видом, что та сразу замолчала, а затем жестом велел Флетчу оставаться на месте.

Габби нервно покусывала нижнюю губу, пока Флинн вез ее через город, и не отрывала взгляда от пролетавших мимо фасадов зданий. Дождь закончился, оставив после себя влажность и легкий туман. Габби сидела рядом с Флинном и буквально ощущала волны отчаяния, которые тот излучал. От осознания этого все внутри у нее сжималось в тугой комок. Тысяча вопросов вертелись в голове, но она так и не смогла их озвучить.

События последних дней как будто навсегда разделили их. Габби надеялась, что сможет все исправить, если откровенно поговорит с Флинном, но на него что-то нашло, и он никак не мог успокоиться. Габби не имела ни малейшего представления, куда он ее вез. Просто велел сесть в машину и поехал. За это время он даже ни разу не взглянул на нее.

Наконец Флинн свернул с главной улицы, сделал еще несколько быстрых поворотов, въехал на парковку перед начальной школой и выключил двигатель. Взгляд был устремлен вперед, челюсть подрагивала. Он крепко сжал руль и лишь затем выпустил его и на языке жестов сказал:

Комната 10.

Она посмотрела на старую школу – двухэтажное, похожее на крепость здание из красного кирпича и дерева – и повернулась к нему.

— Не понимаю.

Флинн покачала головой – это было едва заметное движение, на которое она не обратила бы внимания, если бы не смотрела на него так пристально.

Здесь мы и встретились. В детском саду, в комнате 10, в этом здании. Твой отец только что переехал из Портленда, ты была новенькой. У тебя волосы были заплетены в косички, ты нервно улыбалась.

Флинн медленно повернулся к ней, и Габби перестала дышать. В его взгляде больше не было гнева, на смену пришло робкое обожание и мольба о понимании. Он скользнул взглядом по ее лицу, словно сравнивая ту маленькую девочку с женщиной, сидевшей теперь рядом с ним.

Уголок его губ дрогнул в полуулыбке.

Перед прогулкой мы стояли в раздевалке, ждали, когда нам отдадут верхнюю одежду, тогда ты и заметила меня. Ты считала меня грубым, потому что я не общался с тобой. А потом узнала, что я глухой. Папа рассказывал мне, что ты заставила родителей записать тебя на курсы языка жестов, чтобы научиться со мной разговаривать.

Флинн сделал паузу, его зеленовато-карие глаза наполнились нежностью.

Никто, кроме моих родных, не делал ничего подобного ради меня. Все пытаются произносить слова губами или используют приложение на моем телефоне, но такими сложностями никто себя не утруждает.

Габби напомнила себе, что нужно дышать, и сглотнула комок в горле. Она не могла поверить, что Флинн помнил их первую встречу. У нее самой сохранились только очень смутные воспоминания о том времени.

Она крепко сжала ремень безопасности на груди, посмотрела на школу, и в нос ей ударили запахи клея и мела, как будто оказались внутри машины. Затем Габби осмотрелась по сторонам. Дубы и клены, которые она запомнила еще маленькими саженцами, превратились в высокие деревья, покрытые весенней зеленью. Так как была суббота, в окнах школы свет не горел, стояла тишина.