Онлайн книга «Змеи и виртуозы»
|
Отец настаивает на ее разоблачении. Призывает вернуть ее в мир живых и доказать тем, кто сомневается во мне, что я чист. Теоретически я сам хочу того же. Но полагаю, в пути до конечной точки я заслужил немного удовольствия, учитывая все обстоятельства. Итак, я не шевелюсь, по ноге из члена стекает несколько капель, пока я наблюдаю, как она доводит себя до оргазма; с того места, где я нахожусь, лица не видно, только лоб, и он наморщен, когда она выгибается в экстазе. Черт возьми… Меня уже всего трясет. Губы сжаты так сильно, что в глазах вспыхивают звезды. Игрушка точно ей в новинку, потому что таких звуков я никогда от нее не слышал. Впрочем, и не видел, чем она занимается за закрытой дверью. В голове мелькает мысль: была ли она подарком от того, с кем она прогуливалась по променаду. Вдруг они пользовались ею вместе? Меня обжигает ярость, перед глазами всякий раз, когда моргаю, появляются красные всполохи. Райли приходит в себя, отключает вибратор и, обмякнув, опускается глубже в воду, проводит рукой по волосам. Я замираю, когда она наконец встает, по-прежнему спиной ко мне, и берет полотенце. Горло сжимается, когда я неотрывно сморю на капли, стекающие по заднице идеальной формы. Память и снимки в интернете явно ей не льстят. Раздражение разогревает спину, рассеивая туман похоти, у которой я был в полном подчинении. Успеваю выскочить за дверь прежде, чем Райли поворачивается. Следующий пункт ее распорядка дает мне пару минут исчезнуть и сохранить в тайне злонамеренный поступок. Прикроватная лампа освещает всю комнату, и я прохожу к комоду, желая, чтобы член наконец упал. Прижимаюсь к стене и стараюсь переключить внимание. На родителей. На озеро за окном, мой реферат по обществознанию в пятом классе на тему Декларации о независимости. Но все, что я могу видеть перед глазами, – лицо Райли, черт ее подери. Разочарованно вздыхаю и провожу ладонями по джинсовой ткани. Это дурацкая идея, возможно, худшая из всех, что у меня возникали, но сейчас мне необходима разрядка. Разрядка от чувства вины, которое наполняет тело при виде ее красоты, хотя раскаиваться должна она. От неспособности произнести хоть что-нибудь, потому что ее ногти все еще впиваются мне в мозг, в легкие и душу. Три года я жил и дышал, думая лишь о ней. Мечтая о том, что она будет моей снова. Я пришел к отрицанию себя только потому, что все мысли были о ней. Но этого больше не будет. Дрожащими руками я расстегиваю молнию и достаю член. Он горячий, на головке выступили капли смазки. Делаю резкий выдох, закрываю глаза и вдыхаю так же глубоко. Сжимаю член и делаю одно движение. Потом еще одно. Движения дерганые, неестественные. Вытягиваю шею, чтобы услышать, что происходит в ванной, в этот момент включается вода. Опираюсь рукой на комод и выдыхаю. На лбу у линии роста волос выступает пот. Одна капля скатывается по переносице, и я вспоминаю Райли в ванне, кожа, покрытая потом, переливается от приложенных усилий, яйца подбираются и туго сжимаются. Представляю ее лицо с открытым ртом и распахнутыми глазами, если она войдет до того, как я кончу. Мысль о том, что она застанет меня в таком виде, когда сама занималась тем же, неожиданно только сильнее подхлестывает. Дыхание сбивается, бедра приходят в движение, кульминация так близка, что я чувствую ее вкус в горле. |