Книга Змеи и виртуозы, страница 66 – Сав Р. Миллер

Разворачиваюсь спиной, прижимаюсь к полотну и оглядываю первый этаж дома.

Он кажется мне особенно пустым, когда человек только выходит.

Поворачиваю ручку на камине и смотрю, как вспыхивает пламя, затем иду в кухню, чтобы приготовить чашку какао. Жду, когда закипит вода, поглядываю на экран телефона и думаю, не позвонить ли брату.

Он единственный поймет, почему я не хочу возобновления сеансов. Впрочем, это никогда не мешало ему меня на них отправлять. В какой-то момент мы даже ходили на занятия вместе, но потом график его работы и моей учебы изменился, я постоянно была чем-то занята в течение дня, и он, видимо, решил, что со мной теперь все в порядке.

Решил, потому что я снова стала есть, спать и смотреть телевизор.

Или он просто хотел в это верить.

Но правда в том, что невозможно исцелиться от проблем, которые не понимаешь.

Даже невидимые раны причиняют боль, а мои уже глубокие и зарубцевались, это не прибавляет уверенности, что я когда-то смогу обо всем забыть и спокойно жить дальше.

Не уверена, что когда-то перестану оглядываться через плечо, ожидая увидеть потухшие желтые глаза или ощутить вкус меди.

Добавьте сюда и страх быть разоблаченной, стать той девушкой, которая сломала жизнь любимцу всей Америки, – я уверена: обращение к психотерапевту приведет лишь к тому, что я окажусь под арестом.

Чайник на плите заливается свистом, быстро беру его и наливаю воду в кружку. Разрываю пакетик горячего шоколада, высыпаю порошок, перемешиваю, следом кладу маршмеллоу.

Сразу делаю глоток, и горячая жидкость обжигает язык, но мне даже приятно. Пусть это будет молчаливое наказание за грехи, от расплаты за которые я пытаюсь убежать.

Я сижу у кухонного острова, медленно пью какао и смотрю в окно на соседний дом у озера. Чем дольше я смотрю, тем сильнее становится необъяснимое чувство тревоги, в какой-то момент начинает казаться, что еще немного – и из него кто-то выйдет.

Внезапно в углу окна второго этажа вижу секундную вспышку света и медленно выдыхаю. Она исчезла, когда я моргнула.

Может, мне показалось и ее вообще не было?

Следом я задаюсь вопросом: были ли прав Кэл?

Райли спит, не выключив свет на первом этаже, будто недостаточно темное помещение может стать помехой для разгула монстров.

Она легла спать час назад. Лампа в ее спальне погасла, и меня стало тянуть туда с невероятной силой. Я сунул ноги в ботинки и принялся медленно сокращать расстояние между нами, констатируя, как по телу разливается удовлетворение, когда удается обойти очередную установленную на доме камеру.

На самом деле подключиться к системе совсем несложно. Несколько движений пальцами по экрану телефона – и я меняю настройки камер так, чтобы быть для них невидимым. Оказавшись у двери, я бесшумно пробираюсь внутрь.

Очевидно, система видеонаблюдения больше предназначена для ее спокойствия; будь это мой пентхаус, номер 911 набирался бы, как только незнакомец выходил из лифта.

А я свободно передвигаюсь по дому моей маленькой лгуньи, пока она крепко спит наверху.

Провожу пальцем по гранитной столешнице в кухне, прищуриваюсь, проходя мимо раковины. В чаше из нержавеющей стояли две керамические тарелки.

И две вилки.

Два бокала со следами красного напитка на стенках. Поднимаю один и замечаю у края следы розового блеска для губ, на втором присутствуют следы пальцев, а косметики нет.