Книга Падение Брэдли Рида, страница 109 – Морган Элизабет

— Мне плевать, даже если ты будешь трахать ее хоть каждый день. Мне плевать, если даже у тебя будет секс втроем с ее матерью. Я просто хочу, чтобы ее посадили, независимо от метода, которым мы этого добьемся.

Мои брови сходятся на переносице.

— Но мы все согласны, что это не она.

— Я хочу, чтобы кого-нибудь посадили, Валенти. Сейчас похоже, что больше всего улик указывает на девчонку. Общественность начинает беспокоиться. – Я моргаю в ответ, в очередной раз пытаясь убедить себя не терять хладнокровия.

— Общественность даже не догадывается, что ведется расследование, – говорю я не задумываясь.

— Они узнают, когда все выйдет наружу. Я же сказал тебе, что, несмотря ни на что, в среду перед Днем благодарения я буду стоять на трибуне и выступать перед народом. – Он качает головой, словно считает, что это я тупой. – Мне фиолетово, кто примет на себя тяжесть этого удара.

— Нам нужно больше времени. Только потому, что ее имя на всех бумагах…

— У тебя есть время до ноября, – срок, когда ей предъявят обвинение. У нас нет ничего конкретного, чтобы приписать это преступление Риду, но у нас есть достаточно, чтобы повязать это на нее.

— Мне просто нужно время…

— Тогда какого хрена ты здесь делаешь, Валенти? Теряешь драгоценное время – вот что. Убирайся из моего офиса и иди делай свою работу, – говорит он, его настрой меняется от весельчака до козла-босса.

Я киваю и ухожу, чтобы продолжать расследование.

Если быть до конца честным, то все прошло не так уж и плохо, как я предполагал.

Но теперь на меня еще сильнее давит необходимость раскрыть это сраное дело.

Как осознать собственную ценность? 🔍

Воскресенье, 8 октября

— Я кое с кем познакомилась, – говорю я, потягивая кофе и не решаясь поднять глаза на девочек на нашей первой встрече в октябре. Как обычно, мы идем по кругу и рассказываем о том, что произошло в нашей жизни за последнее время.

Для каждой девушки, «присоединившейся» к этой группе после того, как нас бросили у алтаря, эти встречи стали увлекательным опытом. Когда меня впервые пригласили, я думала, что мы будем просто час сидеть и ныть о своих бывших, но все оказалось совсем не так.

Это группа женщин, объединенных одной травмой и лишь ей, собравшихся вместе, чтобы поговорить о своей жизни – о радостных моментах, о горестных и о каждом дне. Как раз таки бывших мы обсуждаем весьма редко.

Вместо этого мы беседуем об испытанной боли и чувстве вины и о том, как жить дальше.

— Что-о‑о? – говорит Наоми с широкой улыбкой. – Да ладно?! Мы ждем всех подробностей!

Румянец, заливший мое лицо, приятно пощипывает кожу щек. Я не помню последний раз, когда так смущалась и краснела из-за парня. Я рассказываю им об Андре, о том, что он и есть тот парень, с которым я буквально столкнулась лоб в лоб, о том, как он согласился помочь мне разрулить проблему с папарацци, как он любезно все починил в доме у Эдны, как мы ходили на свидание и как мы… поцеловались.

Однако я опускаю ту часть, где мы были вдвоем у него дома. Я бы не смогла этого рассказать, не сгорев со стыда.

— Так, значит, ты запала на него? – спрашивает Джули, и я инстинктивно хочу начать все отрицать, но это было бы нечестно по отношению к девочкам и ко мне самой. Да и не было бы правдой.

— Да, но… – Я колеблюсь, пытаясь подобрать правильные слова. – Он невероятно ответственный, поэтому мы с ним не зашли никуда дальше… – Да, в некоторой степени это тоже ложь, но…