Книга Жестокое лето, страница 115 – Морган Элизабет

— Кто?

Мне жутко смешно, и Заку, видимо, тоже, так как он фыркает мне в шею и снова целует.

Чудно как-то.

Очень чудно, и не только потому, что мне вдруг позвонил бывший.

Я сижу на коленях у своего… парня, он опускает руку мне на живот и просовывает ее под футболку. Она такая теплая. Я приняла аспирин, чтобы не болел живот, но его ладонь помогает лучше, чем любая грелка.

Почему-то дыхание у меня учащается.

— Стейси. Одна из близняшек. Мне казалось, вы с ней встречаетесь.

Зак просовывает мизинец под резинку моих шортов. Я оборачиваюсь на него через плечо, а он лишь улыбается и шепчет:

— Шшш…

— А, да. Но ничего серьезного, – Джейсон о чем-то спрашивает, но я ничего не слышу, потому что рука Зака скользит ниже.

— Зак, у меня месячные, – шепчу я.

— Знаю. Дай мне позаботиться о тебе, ангел, – произносит он так тихо, что слышу его только я.

Может, все дело в этом дурацком ласковом прозвище, которое он явно позаимствовал из какого-то бульварного романа.

А может, у меня отключился мозг из-за того, что позвонил Джейсон.

А может, просто раньше никто не просил меня позволить ему обо мне позаботиться.

А может, я возбуждена, только и всего.

Как бы там ни было, я киваю.

Зак кладет свободную руку мне на горло и шепчет в ухо:

— Ни звука.

— Знаешь что, Камс? – спрашивает Джейсон.

Не отвечаю.

Не могу ответить, потому что мозолистый палец Зака кружит по моему клитору, и я просто не в состоянии произнести ни слова.

— Ответь, – шепчет он мне в ухо.

Откашливаюсь.

— Извини, что?

— Я сказал, давай встретимся. Пообедаем вместе. Поговорим… о нас.

— Ни за что на свете, – шепчет Зак, прикусывает мочку моего уха, а рукой раздвигает ноги так, что они оказываются по обеим сторонам от его коленей.

— Думаю, это… – на секунду отключаюсь и перевожу дыхание, потому что Зак сильнее давит мне на клитор, – …плохая идея.

— Да ладно. Я скучаю по тебе.

Наверное, в другое время я бы расстроилась – Джейсон скучает по мне после того, как десять лет назад бессердечно бросил меня шутки ради, а потом и вовсе исчез.

Но сейчас мне наплевать.

Зак щиплет меня за клитор, я вскрикиваю от удовольствия и неожиданности, а он хихикает мне в шею.

— Ками, все в порядке? – спрашивает Джейсон.

Зак все так же ласкает пальцем мой клитор, коленями удерживает ноги, не давая скрестить их, а свободной рукой гладит грудь под футболкой. Я в пижаме, без лифчика, и потому он сразу находит соски.

Щиплет их, трет, а я невольно выгибаюсь.

— Черт!

— Они у тебя сейчас очень чувствительные, да, Ками? – хрипло шепчет он, а я киваю.

У меня и правда в начале месячных грудь становится очень чувствительной и ноет. Но сейчас…

— Мне прекратить?

— Нет-нет-нет, – подаюсь бедрами вперед, чтобы его палец, все еще медленно кружащий по клитору, тер его сильнее.

— Ками, все в порядке?

А я почти и забыла, что говорю с Джейсоном. Зак теребит второй сосок, не давая мне и слова сказать, и отвечает сам.

— Слушай, парень, уже поздно. Если ты по делу, позвони утром ей на работу.

Обернувшись через плечо, сурово смотрю на него, но глаза его пылают, а на щеках играют чертовы ямочки.

— Ками, это еще кто?

Тут Зак начинает сильнее тереть мой клитор, и я наконец все же издаю тихий стон. Даже странно, что мне так долго удавалось сдерживаться.

— Ее мужчина. И у меня на нее большие планы. У тебя что-то важное, или ты просто потрындеть звонишь? Потому что ей сейчас точно не до тебя.