Книга Сладкая месть под Рождество, страница 143 – Морган Элизабет

— Как насчет таких кардиотренировок? Мы против них тоже? – спрашивает он, я поднимаю голову и вижу озорную улыбку на его лице.

— Заткнись, Дэмиен, – я снова падаю и целую его шею.

Он убирает волосы с моего плеча и касается губами кожи под ними.

— С Рождеством, Эбигейл. Я люблю тебя.

Его голос звучит искренне и мило. Я пытаюсь поднять голову, чтобы посмотреть на него, но он крепко прижимает меня к себе.

Поэтому, не ощущая неловкости от его взгляда, я отвечаю:

— И я люблю тебя, Дэмиен. Спасибо за потрясающее Рождество.

— Вот, возьми это, – говорит миссис Мартинес, выкладывая на стол листья кукурузы, которые мы начали вымачивать этим утром. Она показывает на смесь кукурузы и мяса, зачерпывает немного и распределяет по листьям. – Намажем сверху. А теперь сворачиваем.

Я наблюдаю за тем, как она скручивает листья, заворачивая в них мясо и масу, а потом тонкой полоской из листьев кукурузы обвязывает то, что получилось, и кладет в пароварку.

Понятия не имею, как у нее это получилось, поэтому, когда она поворачивается ко мне и, широко улыбаясь, говорит: «А теперь ты», во мне начинает расти паника.

— Я… эм.

В этот же миг чувствую теплую грудь позади себя и огромную теплую руку на своей талии – Дэмиен притягивает меня к себе.

— Давай я покажу тебе, mi media naranja, – говорит он низким рокочущим голосом мне в спину.

После этих слов миссис Мартинес издает сдавленный звук, и я пытаюсь не захихикать. Она уже много раз издавала его с тех пор, как Дэмиен впервые назвал меня так при ней. Теперь хотя бы ее глаза не на мокром месте, как в прошлый раз.

А еще я благодарна, что Дэмиен не заводит опять какой-то разговор, который заставит его мать чувствовать себя неловко, а просто молча помогает мне намазать смесь на листья, завернуть и завязать, как настоящий специалист.

— Твоя очередь, – шепчет он, но не отпускает меня, пока я не доделаю хотя бы один – пусть неаккуратный и уродливый, но все же законченный.

Дэмиен будто знает, что я буду нервничать и не захочу упасть в грязь лицом перед его матерью.

— Отлично, – шепчет он мне в волосы, прежде чем отойти. – Не дави на нее, ма. У тебя в кои-то веки появился доброволец на кухне.

Лицо миссис Мартинес добреет, когда она смотрит на нас, но потом женщина переводит суровый взгляд на сына.

— А ты бы лучше шел отсюда, пока я не нашла работу и для тебя, – глухо отвечает она.

Оглядываюсь на Дэмиена и вижу у него на лице широкую улыбку, но он поднимает руки в воздух и пятится назад. Он выходит из кухни и направляется в гостиную, где они с отцом смотрят какую-то спортивную программу на большом экране телевизора, и мы с миссис Мартинес принимаемся за работу.

Она делает десять тамале и кладет их в пароварку, а я не успеваю доделать даже второй за это время, и она снова заговаривает со мной.

— Я уже и не надеялась такое увидеть, – говорит она, раскладывая лист кукурузы, и берет ложку для смеси.

— Что увидеть?

— Влюбленного Дэмиена. Думала, что мне суждено покинуть этот мир с осознанием, что он так и будет один.

Мое сердце замирает и будто вообще перестает биться. Даже не могу пошевелить руками, а миссис Мартинес заворачивает начинку в листья с нечеловеческой скоростью, продолжая разговор:

— Он всегда говорил, что он как отец – однажды встретит ту самую женщину и просто осознает, что пути назад уже нет. – Она вздыхает, а я смотрю на свои неловкие руки и не могу поднять взгляд. – Надо было поверить ему, а я не верила. И теперь мне придется взять свои чертовы слова обратно.