Книга Сладкая месть под Рождество, страница 60 – Морган Элизабет

— Ясно…

— Я купил ей одежду, в которой она будет чувствовать себя достойнее и увереннее в суде.

Боже, какой он милый.

Чертовски милый.

— Но я ничего не смыслю в макияже. – Он делает паузу, и я начинаю понимать, к чему он клонит. – Можно ли привезти ее завтра к тебе? Ты же работаешь утром, да?

— Привезти ее ко мне?

— На работу. Я заплачу, конечно. Но можно ли привезти ее к тебе, чтобы ты сделала ей макияж и придала уверенности перед встречей с этим монстром?

Боже.

Боже, боже, боже.

Этот мужчина настолько заботлив, что верится с трудом.

— Ты хочешь, чтобы я…

— Слушай, если так нельзя или тебе будет неловко, то все в порядке. У нее просто синяки, которых она стесняется и…

— Нет, – перебиваю я его.

— Ладно, ничего страшного, я…

— Нет, в смысле да.

— Да?

— Да, я с удовольствием помогу. И нет, тебе не нужно за это платить.

Он смеется, и этот звук будто превращает мою кровь в теплый и тягучий кленовый сироп.

— Я, конечно же, заплачу.

— Нет, правда, – смеюсь я. – Консультации по макияжу бесплатные.

— Ты заслуживаешь, чтобы тебе заплатили.

— У меня почасовая оплата. Если ты и впрямь хочешь заплатить деньги, то после макияжа я могу собрать для нее косметичку, а ты купишь ее, чтобы в следующий раз, когда твоей клиентке понадобится накраситься, тебе не пришлось везти ее на Лонг-Айленд.

— А что, если мне нужен повод, чтобы увидеть тебя? – спрашивает он приглушенным хрипловатым голосом.

Боже, у этого мужчины просто охрененный голос.

— Назначьте время, и мы посмотрим, что можно сделать, мистер Мартинес, – говорю я, понизив голос.

— Хотел бы прямо сейчас. Отправь мне свое расписание. Хочу узнать, когда ты свободна.

В его голосе звучит то же нетерпение, что и в моем.

— Это же у тебя напряженный график адвоката. Так что ты скажи, когда ты свободен, а я подстроюсь, – говорю я, откидываясь на своем диване и утопая в нем. – Я всего лишь визажист в торговом центре.

— Прекрати.

— Что?

— Не говори о себе в таком тоне.

— Я не говорю ничего, что не было бы правдой.

Я произношу эти слова беззаботно, словно мне плевать, но за ними скрывается правда, о которой я не хочу говорить.

— Ты делаешь важное дело. Мы говорили об этом.

Странно. Отчасти я до сих пор думала, что это просто была милая, ничего не значащая беседа, типа такой, которую ты поддерживаешь, когда хочешь спать, но у тебя в постели обнаженная женщина.

— Это всего лишь макияж.

— Завтра благодаря тебе эта женщина станет увереннее в себе и сможет предстать перед мужчиной, который был тираном и мучил ее и детей. Этот мужчина пользуется своим положением и деньгами, чтобы вселить в нее страх. Твоя небольшая поддержка – это важно.

Я молчу.

По правде говоря, я обожаю делать макияж, подбирать цвета и находить идеальное сочетание средств, которые позволят женщинам чувствовать себя превосходно. Я уверена, что косметика может изменить человека, вселить в него уверенность, вернуть искорки в глазах. Макияж в силах спрятать недостатки и подчеркнуть уникальность. Макияж сам по себе искусство, а я художник.

Но большинство людей воспринимают это как нечто милое, но необязательное. Что-то неважное, как будто его кто угодно может сделать. Над человеком смеются, если он каждый день делает себе макияж по любому случаю – на тренировку, на работу или чтобы подбросить детей до школы. Люди – в основном женщины – получают тонну дерьма в ответ на свои попыткипочувствовать себя лучше.