Книга Плохая няня, страница 101 – Тесса Бейли

— Открыткам?

Она кивнула, потянулась за сумкой, висевшей на ремне через плечо, расстегнула молнию и, пару мгновений поколебавшись, достала пластиковый пакетик с застежкой, в котором лежала стопка открыток.

Он разглядел только верхнюю – на ней открывался вид на Бостонскую гавань с высоты.

— Я отправляю открытки домой уже четыре года. Со всех своих остановок. Большинство из них адресованы Ларе. Пишу ей, как отлично провожу время, – и, может, так и было, но… За все это время у меня ни разу не получилось попробовать что-то новое и преодолеть страх, как я ей обещала. Все эти открытки – пустышка, временная замена тому, что я рано или поздно надеялась сделать на самом деле. Уверена, Лара давно поняла, что с их помощью я просто тяну время. Я для нее всегда была открытой книгой.

Доступ к ее мыслям навсегда останется величайшей честью в его жизни. Ее разум казался Берджесу таким красивым и сложным, что он никак не мог дождаться момента, когда наконец сможет его исследовать. Настолько глубоко, насколько сможет и насколько ему позволят это сделать.

— В таком случае она точно знает, что ты сдержишь свое слово, как только будешь готова.

— Спасибо тебе, – прошептала она, уткнувшись носом в его плечо.

Так они и остались стоять – в объятиях друг друга, пока легкий ветерок играл ее волосами, а стук его сердца заглушал лишь голос спортивного комментатора.

Таллула думала, что будет гораздо больше нервничать перед их вечером обнаженных купаний. Но как только Берджес припарковал свой внедорожник в пятидесяти ярдах от Ямайка-Понд, ее охватила легкая эйфория. Быть может, эту уверенность ей придавало случившееся сегодня утром. А может, ощущение чистого восторга, растворяющее любую тревогу, ей дарил этот суровый и непоколебимый мужчина, просто находясь рядом. Или за этим стояли окружавшая их непроглядная тьма, сквозь которую пробивался лишь свет фар, и осознание того факта, что все ее шалости укроет ночное небо.

Какой бы ни была причина спокойствия Таллулы, она буквально вылетела с пассажирского сиденья, едва не забыв пляжное полотенце, позаимствованное у Берджеса. Она тут же утонула в стрекоте сверчков, перемежающемся с шепотом теплого ветра. Ночь укрыла ее от любых глаз.

Разожгла огонь в ее сердце.

— Ты точно не хочешь составить мне компанию?

— Здесь ты искательница приключений, а не я. Я здесь только для подстраховки.

Таллула сжала губы.

— Даже не знаю, обижаться мне или радоваться, что ты отказываешься от шанса увидеть меня голой.

Берджес обошел машину спереди, его мощный силуэт пересек лучи фар один за другим. Когда он приблизился, она разглядела выражение его лица, на котором отражалось что-то вроде: «Ты сейчас на полном серьезе?»

— Таллула, я отказываюсь от шанса самому предстать голым перед тобой после купания в ледяной воде.

До нее наконец дошло.

— Серьезно? Боишься, что тебе кое-что слишком сильно скукожит?

Она накинула полотенце на плечи, закрепила его уголок между грудей, чтобы получше им прикрыться и начала раздеваться. Сняла кроссовки, юбку, трусики – и не смогла не заметить, как Берджес сглотнул, наблюдая за каждым ее движением.

— Ты забываешь, я ведь уже успела познакомиться с твоим «дружком».

— Не так, как мне хотелось бы.

Тьма ночи скрыла разлившийся по ее лицу румянец.