Книга Плохая фанатка, страница 136 – Тесса Бейли

От ненависти к себе его отвлек Джим.

— Она надеется выбить у поля отсрочку…

— Отсрочка – временное решение. Она не поможет. После «Мастерс» будет другой турнир, потом следующий… – Дышать было больно. – Она не сможет уйти.

И никогда не могла.

Как бы плохо он ни играл – всегда была рядом, его самая преданная фанатка. Вплоть до конца. Рисовала ему плакаты. Носила мерч, который уже не выпускали. В любую погоду. Разумеется, она не уедет в Палм-Бич, оставив его одного перед «Мастерс», особенно учитывая его поведение в те два дня, что он провел в Калифорнии. Каких-то два дня! Как он сразу не понял? Как не заметил, что ей так тяжело?

Нет. Он не мог этого допустить.

Не мог позволить любимой женщине отказаться от мечты ради него.

Иначе он просто не заслуживал ее преданности.

— Она приедет, – хрипло заверил Уэллс и повесил трубку.

А остаток ночи провел, планируя самый трудный разговор в его жизни.

Когда Джозефина проснулась, Уэллса в постели не было.

Она нахмурилась, уткнувшись в подушку, и перевернулась, разминая ноющие мышцы. С таким сексом пора было отменять абонемент в спортзал.

— Как будто он у тебя есть, – зевнула она и присела. Потом взяла с тумбочки телефон, чтобы в который раз тайком взглянуть на присланные отцом фотографии «Золотой лунки», и в животе затрепетало от смеси ужаса и восторга. Больше всего на свете ей хотелось показать эти фотографии Уэллсу. Он бы порадовался за нее. Наверняка ему было бы интересно обсудить с ней ремонт и внести свои предложения, но… она избегала этого разговора.

Не только с Уэллсом.

С собой тоже.

Она написала владельцу «Роллинг Гринс» с просьбой продлить срок открытия обновленной «Золотой лунки», но тот, пусть и следил за ними с Уэллсом по телевизору, был вынужден отказать. Более того, он активно ратовал за возвращение Джозефины: надеялся, что ее известность прибавит ему авторитета перед членами клуба.

Что оставалось делать?

Она не знала. Каждый день она просыпалась в надежде, что ответ придет сам собой, но быстро забывалась, теряясь в Уэллсе, в их магии…

И любви.

Их отношения нельзя было назвать мимолетными. Они были высечены в камне. И с каждой проведенной вместе минутой она убеждалась в этом все больше. Они видели друг друга в лучших и худших проявлениях и готовы были безоговорочно поддержать в любой момент. Этот мужчина был главной и единственной любовью всей ее жизни, и она хотела побыть с ним подольше. А вот когда она убедится, что Уэллс способен справиться в одиночку и не бросится под откос при первых же неурядицах…

Тогда она и уйдет.

Ну да, конечно.

Джозефина в последний раз взглянула на фотографии отремонтированного магазина, с тяжелой душой признала, что скучает по нему, а потом вернула телефон на тумбочку экраном вниз. Быстро расчесав пальцами волосы и натянув брошенную футболку Уэллса, она заглянула в ванную умыться, а затем вышла в гостиную.

И резко остановилась, увидев Уэллса. Он сидел на диване в одних лишь спортивных штанах.

Не смотрел телевизор. Не читал и не листал ленту в телефоне.

Просто… сидел.

По позвоночнику пробежала тревога, но она подавила ее.

Может, он вспоминал поле в Огасте. Ничего удивительного.

— Доброе утро. – Она обошла диван и села рядом. – Обычно я просыпаюсь раньше тебя. Все нормально?