Книга Королевы и монстры. Шах, страница 22 – Джей Ти Джессинжер

После паузы максимум в пять минут сообщения сыплются снова, причем с перерывами в несколько секунд.

Натали уже знает, что я в порядке? Я волнуюсь за нее.

Шон жив? Я не видела, как он выходил из лимузина. За него я тоже волнуюсь.

Почему у тебя в спальне нет телевизора?

Костюмы делает не только Армани, ты в курсе?

Помни: все получится.

В итоге мне приходится отключить звук, потому что все странно на меня посматривают. Я толплюсь в комнате с тридцатью ирландскими бандитами, пришедшими выразить уважение, а мой телефон разрывается так, будто я перевозбужденная девочка-подросток.

Я пишу ей:

«ТЫ СО МНОЙ НЕ РАЗГОВАРИВАЕШЬ, ПОМНИШЬ?»

Она отвечает эмодзи со средним пальцем.

Поверить не могу, что это – моя чертова жизнь.

Через полчаса после ухода Деклана появляется Киран с подносом еды. Ставит его на кофейный столик и разворачивается к двери.

— Киран?

Он замирает на полпути. Не поворачивается. Только раздраженно вздыхает.

— Я просто хотела спросить, как самочувствие.

Следует пауза, а потом он с сильным ирландским акцентом переспрашивает:

— Чего, еще раз?

— Я по поводу носа. Все в порядке?

Он поворачивается, но только чтобы бросить через плечо злобный взгляд.

— Хватит фуфло толкать.

Фу. Какой красочный образ.

— Не знаю, как это переводится, но, догадываюсь, не очень лестно.

— Точняк.

— Эм. Да?

— А у тебя немножко шариков не хватает, да?

Очевидно, нам предстоит изучить всю красочную палитру загадочного ирландского сленга, прежде чем я получу внятный ответ. Надо как-то продвинуть беседу вперед.

— Крем с арникой поможет с синяками. И помни, лед – наш друг.

Он глядит на меня так, будто пытается решить: запихать меня вперед руками в измельчитель отходов или переехать на внедорожнике?

Когда я одариваю его неотразимой улыбкой, он что-то бормочет себе под нос и уходит.

Проверяю захлопнувшуюся за ним дверь, но она заперта. Не повезло.

На принесенном им подносе лежит гора еды, которая привела бы в восторг любого пятнадцатилетнего пацана. Тут бутылка колы, пачка М&M’s с арахисом, большая упаковка вяленого мяса, гигантская – чипсов «Лэйс», а еще банка соуса ранч.

Теперь я понимаю, откуда перемены настроения Деклана. У него же сахар скачет после каждого приема пищи!

А еще – о ужас! – я вижу на подносе сэндвич с белым хлебом, вареной колбасой и кусочком американского сыра, который продается в индивидуальных упаковках и с легкостью сохранит вкусовые качества даже после следующего ледникового периода благодаря всем консервантам, загнанным под его блестящую, кислотно-оранжевую кожу.

Извлекаю из сэндвича колбасу и нюхаю ее. Особого запаха не чувствуется, потому что она покрыта щедрым слоем майонеза. Я вытираю майонез одной из салфеток на подносе, а потом немножко откусываю мясо.

Оно такое соленое, что мои лодыжки, кажется, сразу начинают распухать. Почему это вообще считается едой?

Я выплевываю колбасу. А потом пишу Деклану очередное сообщение.

Если ты пытаешься меня отравить – работает.

Он не ответил ни на одно из предыдущих, так что в этот раз я тоже ничего не жду. Но через несколько секунд приходит ответ:

Наконец-то хорошие новости.

С улыбкой пишу в ответ:

О, ты отыскал свое чувство юмора! А твоего пропавшего обаяния с ним случайно не было?

Его следующее сообщение прилетает с такой скоростью, что я не понимаю, как он успел его написать.