Книга Поцелуй с тенью, страница 112 – Навесса Аллен

— Значит, я была права. Он монстр.

Это был не вопрос, но я все равно ответил:

— Так и есть.

Она опустила голову, и ее потемневший взгляд уткнулся в стену.

— Мне хотелось убить его.

Я замер под ней в абсолютной неподвижности.

— Что он тебе сказал?

— Кучу хрени про то, что его жертвы на самом деле сами этого хотели и только наговаривали на него, чтобы получить деньги, – сказала она. – Но дело было не только в этом. Абсолютно всё в нем выводило меня из себя. А когда он попытался схватить меня, я специально стала его задирать, чтобы он сделал это снова или ударил меня и у меня появился повод наброситься на него. – Она понизила голос. – Я рада, что он этого не сделал. Потому что не уверена, что я смогла бы остановиться. У меня как будто крышу снесло. Не знаю, как лучше это описать. Но я словно с катушек слетела и в этот момент могла сделать что угодно.

Я крепче обнял ее, но старался не сжимать слишком сильно, потому что по моим венам сейчас бежало столько адреналина, будто я сам в этот момент находился с ней в неотложке и готовился отправиться в тюрьму за убийство человека.

— Я понимаю, что это звучит как заезженная пластинка, но мне жаль, – сказал я. – И если тебе станет легче, я чувствовал то же самое. А я даже не слышал, что этот ублюдок тебе сказал! Одного выражения его физиономии хватило, чтобы довести меня до белого каления. Мне пришлось призвать всю свою силу воли, чтобы не ворваться туда. Если бы я знал, что он оскорбляет тебя… – Я отвернулся, чтобы она не видела, какая борьба разворачивается у меня в душе.

Нет, я не хотел быть как отец, и нет, я больше не боялся превратиться в него, но все же иногда опасался, что однажды рискую поддаться своим порывам и упасть глубоко в кроличью нору, которая превратит меня в получеловека-получудовище. Как Декстер^[3] или Джо^[4]. Которые совершали ужасные вещи, но находили способ оправдать их для себя.

Эли оторвалась от моей груди, взяла за подбородок и развернула к себе.

— Я бы хотела, чтобы ты ворвался. – Ее глаза блуждали по моему телу, изучая плотно облегавшую торс майку и упирающийся в застегнутую молнию член, который встал, несмотря на разговоры о насилии. Я боялся, что моя эрекция вызовет у нее отторжение, но вместо этого ее губы изогнулись в похотливой улыбке. – То, как ты выбиваешь из него дерьмо, стало бы самым сексуальным зрелищем в моей жизни.

— Это все еще можно устроить, – сказал я, шутя лишь наполовину.

Она уселась мне на колени, и я чуть не застонал, когда ее халат распахнулся еще сильнее. Я не отрываясь смотрел, как она опускает руку и тянет за один конец пушистого пояса, который едва удерживал на ней ткань. Она опустила глаза и продолжила тянуть, мучительно медленно, закусив нижнюю губу так, что мой член чуть не рвал ширинку.

— Эли, – сказал я с легким предостережением в голосе. Я не для этого сюда пришел. У нее была ужасная ночь. Нам нужно подробнее все обсудить и глубже проанализировать ее стремление ставить других выше себя.

Она подняла на меня взгляд, и, не отрываясь от моих глаз, развязала узел до конца. Халат упал с ее плеч. Мой рот наполнился слюной при виде ее идеально круглых сисек – прекрасных полусфер, достаточно больших, чтобы заполнить мою ладонь. Ореолы пыльно-розового цвета, на несколько тонов темнее кожи, окружали ее соски, которые уже затвердели от желания. Она взяла мои руки и положила их на свои груди, и только титаническим усилием воли мне удалось удержаться от того, чтобы не начать их ласкать.