Книга Фавориты, страница 25 – Лэйн Фарго

Неоспоримое первенство принадлежало Белле и Гаррету. На последней тренировке перед праздником, когда все уже расслабились и считали минуты до наступления долгожданной свободы, брат с сестрой как ни в чем не бывало продолжали оттачивать твизлы, а затем вышли на лед для полного проката программ. Оба тренировались в костюмах из белоснежной лайкры. На Белле был надет топ с перекрестными лямками, обнажающий крепкие плечи. Ее прическа всегда выглядела безукоризненно: из тугих кос, уложенных в замысловатый венец, за всю тренировку не выбивался ни один волосок. А мои волосы, собранные в пучок на макушке, к концу дня превращались в страшный колтун.

Мы ждали своей очереди, разучивая сложную поддержку на матах рядом с катком. С нами работала тренер Сигрид, прошедшая подготовку в Цирке дю Солей. Катки в академии были предназначены исключительно для фигурного катания – хоккеистов и конькобежцев сюда не пускали. Поэтому бортиков не было, и казалось, будто ледяная гладь катка уходит за линию горизонта.

— Напряги мышцы корпуса! – повторяла Сигрид. – Еще раз!

Ее голос с твердым скандинавским акцентом перекрикивал плавную джазовую музыку, под которую Лины откатывали свой танец. До сих пор мы с Хитом умели выполнять только простые поддержки: он поднимал меня, а затем опускал на лед. Но для выступления на международной арене этого было мало. Сегодня я училась прогибать спину, стоя на бедрах Хита. Такой трюк нелегко выполнить даже на твердой земле, а уж в коньках на льду, да еще двигаясь с бешеной скоростью… Чем больше мы тренировались, тем хуже получалось. Мое трико было мокрым от пота, и руки Хита скользили. Я падала, он пытался меня удержать, и мы оба валились на мат.

Однако сдаваться я не собиралась. Белла с Гарретом ловко исполняли фокстрот, и, глядя на них, я еще больше раззадоривалась. Как у них все легко получается! Они двигались быстро и вместе с тем не спеша. Плыли под мелодичный вокал, чиркая коньками по льду в такт струнным. В конце танца я еле сдержалась, чтобы не захлопать.

И вот подошла наша очередь. Оригинальный танец, поставленный для нас штатным хореографом, исполнялся под композицию из фрагментов песен Коула Портера. Мы изображали двух звезд на светском рауте в Голливуде эпохи золотого века. Хиту не нравился танец – сложная работа ног и строгая осанка не давали по-настоящему себя выразить. Кроме того, раньше мы всегда сами подбирали для себя музыку. Лежа на полу, мы часами слушали песни, одну за другой, пока не попадалась такая мелодия, от которой хотелось вскочить и танцевать, танцевать… Но здесь были совсем другие правила.

Всякий раз, когда Хит ворчал, я просила его доверять Шейле. Все решения тут принимались только с ее ведома, а уж она свое дело знала. Я надеялась, что, когда костюмы будут готовы, вжиться в образ станет легче. Хиту шили фрак из мягкой эластичной ткани, а мне – платье длиной до колена, с воротником под горло и открытыми плечами. На примерке у модельера, красуясь перед зеркалом в пробнике из макетной бязи, я чувствовала себя настоящей кинозвездой. Но быстро спустилась с облаков, когда увидела счет на кругленькую сумму, которую надо было внести в качестве задатка.

Выходя на лед, я представила, как великолепно мы будем смотреться в костюмах. Хит в своем фраке с острыми лацканами, подчеркивающими твердую линию подбородка. Мои волосы собраны в затейливую прическу, а на губах – помада в тон стразам, украшающим платье… Мы заняли исходную позицию. Повернувшись к Хиту лицом, я прижала руку к его груди, словно бы в нерешительности: оттолкнуть прочь или притянуть ближе. Мы смотрели друг другу в глаза – спокойно, уверенно и серьезно.