Книга Фавориты, страница 27 – Лэйн Фарго

— Вот черт! – выругалась я. – Сильно болит?

— Зато мы не остановились, – ответил он, бросив взгляд на Шейлу. – Разве это не главное?

Но Шейла, отвернувшись, уже давала указания французам Люсьену Беку и Ариэль Моро. Ну вот – мы тут стараемся, из кожи вон лезем, а она даже на нас не смотрит!

Не дожидаясь меня или чьего-либо разрешения, Хит ушел со льда. Когда я про него вспомнила, он уже сидел у стены на скамейке и осматривал порезанное бедро. Я направилась к нему, думая утешить, но меня вдруг опередил Гаррет Лин.

— Коньком задела? – Он подошел к Хиту с аптечкой в руках. – Меня Белла раньше тоже постоянно задевала. Не успевал брюки выбрасывать!

Хорошо ему говорить: у них с Беллой столько одежды, что они могут менять ее хоть по сто раз на дню. А у Хита всего две пары приличных тренировочных брюк, одну из которых я только что испортила.

Хит не ответил. Я взяла аптечку и осторожно поставила рядом. Он так боялся причинить мне боль. А я поранила его, даже не заметив.

— Не вешай нос, – сказал мне Гаррет. – В следующий раз старайся балансировать на середине лезвия и… Наверное, будет проще, если я покажу. Ты не против?

Даже не глядя на Хита, я знала, что он категорически против. Но вопрос задали не ему, а мне. Я встала в позицию для подъема. Гаррет быстро и на удивление легко подхватил меня, и не успела я моргнуть глазом, как была уже наверху.

На этот раз я уже не казалась себе нежным распускающимся цветком. Я была как статуя гордой богини на носу корабля; морские воды расступались передо мной, чтобы дать мне дорогу. Ничего подобного в жизни я еще не испытывала. Ощущение силы и легкости одновременно! Спускаться вниз совсем не хотелось.

Выходя из поддержки, Гаррет выполнил более сложное опускание с переворотом, как они часто делали с Беллой. Хит глядел на нас, судорожно вцепившись в аптечку. На скулах у него ходили желваки.

— Отлично! – похвалил меня Гаррет. – Вот видишь? И никто не поранился.

На его белых брюках остались только небольшие вмятины от моих коньков. Ранено было лишь самолюбие моего партнера.

— Спасибо, – поблагодарила я.

— Не за что, – улыбнулся Гаррет. – Всегда рад помочь.

Он говорил вполне искренне. Гаррет никогда не ввязывался в интриги и мелкие склоки, случавшиеся в академии, и даже не обращал на них внимания. Его все любили.

Ну или почти все. Обработав рану, Хит подошел и ревниво обнял меня за талию.

— Ребята, какие у вас планы на выходной? – спросил Гаррет, продолжая улыбаться.

— Мы вообще-то хотели… – начал Хит.

— Не решили еще, – перебила я. – А что?

— Каждый год на Четвертое июля мама устраивает вечеринку, – сказал Гаррет. – Мы были бы рады вас видеть. Но если у вас дела, тогда, конечно…

Кто это – «мы», я уточнять не стала. Приглашение вряд ли могло исходить от его сестры: Белла с надутым видом растягивалась на другой стороне катка, притворяясь, что не замечает нас. Кроме того, мне было нечего надеть. У нас на Среднем Западе на вечеринку приходят в обрезанных шортах и шлепанцах. Гостей встречают на заднем дворе и угощают пивом с сосисками, а в особых случаях – жаренными на костре сморами. Но в семье Лин такие мероприятия, уж конечно, проходят в более торжественной обстановке.

И все же принять приглашение очень хотелось. Ведь это прекрасная возможность узнать Шейлу поближе.