Книга Искушаемая дьяволом, страница 53 – Мишель Хёрд

— Анджело.

Услышав свое имя, слетающее с ее губ, я обхватываю ее за поясницу, встаю и кладу ее на диван. Опускаясь на нее всем телом, я продолжаю лизать и посасывать ее кожу.

Оттянув вниз чашечку бюстгальтера, я нахожу сосок и прикусываю нежную плоть, пока сосок не затвердевает. Я осыпаю такими же ласками и вторую грудь, а потом покрываю поцелуями ее живот.

Добравшись до ее джинсов, я расстегиваю молнию и сдергиваю с нее брюки. Когда я покусываю ее за бедро, Виттория приподнимает ягодицы и издает еще один стон.

Раздев Витторию донага, я продолжаю посасывать и покусывать ее кожу, а потом закидываю одну ее ногу себе на плечо. Раздвинув ее пальцами, я провожу языком по клитору.

Ее вкус меня совершенно зачаровывает. Я покусываю и посасываю ее, пока она не начинает покачивать бедрами, а пальцами так сильно впивается мне в волосы, что чуть не вырывает их с корнем.

Я наслаждаюсь ее киской и проявляю милосердие, только когда она выдыхает:

— Анджело, пожалуйста.

Поднеся большой палец к ее клитору, я надавливаю на него ровно с такой силой, чтобы отправить ее в бездну, а сам приподнимаюсь, чтобы видеть, как она взрывается от удовольствия.

Она обеими руками вцепляется в диван. Как и прежде, кажется, что ей больно, потому что ее тело начинает биться в конвульсиях, а с губ срывается крик.

Эта женщина – самое сладкое чертово искушение, которое я когда-либо испытывал.

Как только Виттория кончает, я опускаюсь между ее дрожащими бедрами и облизываю киску так, словно умираю от голода. Я поглощаю каждую каплю ее влаги, и из моей груди вырывается стон.

Виттория подрагивает от каждого движения моего языка, и это заставляет меня ласкать ее так, словно она – мой последний кусок еды.

Я настолько погружаюсь в нее, что теряю счет времени, и осознаю, что Виттория опять кончает, только когда она начинает кричать так, будто я ее убиваю. Я хихикаю в ее чувствительное естество, а потом медленно поднимаюсь по ее телу вверх.

Глядя на раскрасневшееся лицо Виттории, которая с трудом переводит дыхание, я говорю:

— Мне нравится смотреть, как ты кончаешь от моих прикосновений.

Ее тело обмякло от удовольствия, поэтому я с легкостью перемещаю ее, ложась так, что Виттория оказывается наполовину на мне, а наполовину – между мной и диваном.

Пока Виттория восстанавливается, я лениво провожу пальцами по ее спине, наслаждаясь ощущением ее мягкой кожи.

— Я и не знала, что такое удовольствие существует, – признается Виттория слегка хриплым голосом.

— И это только начало, – бормочу я.

Она прижимается щекой к моей груди, и я вижу лишь ее необузданные локоны, когда Виттория спрашивает:

— Что ты имеешь в виду?

— Как только твоя киска перестанет болеть, мне не придется быть с тобой осторожным, а значит, я смогу трахать тебя до потери сознания, пока соседи не услышат твои крики.

Виттория выгибается, чтобы посмотреть на меня:

— Мне опять будет больно?

— Возможно. Но только пока ты ко мне не привыкнешь, – добавляю я, заметив вспышку беспокойства. – Первый раз – самый худший.

Я закрываю глаза и продолжаю водить пальцами вверх и вниз по ее спине.

Этот момент просто идеален.

Какое-то время Виттория лежит неподвижно, и когда я уже готов заснуть, она перебирается ко мне на колени. Я не открываю глаза, но уголки моего рта приподнимаются, когда она задирает рубашку у меня на груди.