Книга Эш и Скай, страница 56 – Нин Горман, Матье Гибе

— Ради него я была готова пойти на жертвы. Ты это понимаешь?

— Но в итоге именно его ты в жертву и принесла.

Он произносит эти слова с явным намерением причинить мне боль. В них столько неумолимого холода, что на миг я почти слышу голос мистера Кларкса. Эдриан тоже дитя своей семьи. Но кажется, его это полностью устраивает. Я наконец выхожу из себя, грозно тычу в Эдриана пальцем и выпускаю на волю накопившийся гнев.

— Ты свалил на меня всю ответственность за беременность. Я тебя ни о чем не просила, но ты даже не попытался встать на мою сторону.

— В этом не было никакого смысла.

— Не для меня! Но ты с самого начала повел себя как последний трус. Конечно, ведь гораздо проще есть у папочки с рук.

В отличие от своего отца, Эдриан еще не научился справляться с эмоциями. Его взгляд темнеет, он хватает меня за руку и больно сжимает.

— Проще? Думаешь, ты единственная пострадала, Скай? Ты хоть представляешь, через что мне пришлось пройти?

— Не заметно, чтобы это как-то на тебя повлияло, честно говоря. Все так же сидишь, опустив глаза, и виляешь хвостиком как собачка, что бы твой отец ни сказал. Выполнять его команды у тебя получается лучше всего. Пожалуй, только в этом ты хорош.

Его лицо искажается от ярости. Он еще сильнее сжимает мое запястье, а другой рукой бьет меня по лицу. Оглушенная, я падаю на кровать.

— Выполнять команды, значит? Что ж, тогда не буду церемониться. Знаешь, что сказал мне отец, когда я пошел наверх? «Разберись с этим, Эдриан. Покажи, что мы не боимся скандалов».

Я прижимаю ладонь к щеке. До сих пор мне казалась нелепой сама мысль о том, что Эдриан может меня ударить. Но сейчас куда больше пугает его голос, лишенный всяких эмоций.

— Я пытался с тобой поговорить, понятно? Но ты явно не желаешь никого слушать. Раз по-хорошему не получается…

Он с щелчком расстегивает на себе ремень. Я кидаюсь к двери, но слишком поздно. Эдриан снова хватает меня за руку и швыряет на кровать, как куклу. Я не могу пошевелиться от страха.

— А вот как решают проблемы у нас дома, Скай: в подвале, при помощи ремня. Откровенно говоря, я бы предпочел, чтобы мне выскоблили матку – ты вроде так выразилась?

— Эдриан, что ты делаешь?!

— Подчиняюсь своему отцу…

Эдриан идет ко мне, и взгляд его не сулит ничего хорошего. Я прижимаюсь к стене, хотя понимаю, как это глупо. И кричу, кричу в надежде, что родители меня услышат.

— Они пошли пить кофе в саду – мой отец предложил. Так что никто не придет к тебе на выручку.

— Я запрещаю ко мне прикасаться, слышишь?

Я брыкаюсь, чтобы не подпустить Эдриана ближе, но он хватает меня за лодыжку и дергает на себя. Он явно не в себе. Меня колотит дрожь. Это все дурной сон, и я хочу проснуться. Эдриан пытается меня усмирить, но я бьюсь как фурия.

— Вот увидишь, Скай: как только перестанешь сопротивляться, ты ничего не почувствуешь.

— Отпусти меня! Пусти!

Ремень щелкает, и я успеваю только подставить руку. Боль яростно вгрызается в плечо. Это похоже на ожог, до того сильный, что душа рвется на части. Я все еще пытаюсь вырваться, но Эдриан без лишних слов переворачивает меня, и град ударов обрушивается мне на спину. Я больше не понимаю, что происходит: я плачу, умоляю его прекратить, а Эдриан продолжает методично работать ремнем.

Наконец он бросает ремень на ковер. Господи, как же больно. Интересно, я могу двигаться? Пусть он уйдет, пожалуйста, пусть он уйдет. Я больше ничего не скажу, клянусь. Буду тише воды ниже травы.