Книга Теперь открой глаза, страница 105 – Николь Фиорина

Я встал перед надгробной плитой Джорджа Элиота: надписи над ней поистерлись.

— «Ушедших но бессмертных, тех, кто вновь живут в умах облагороженных их жизнью», – прочел я, восхитившись словами уже во второй раз.

— Мэри Энн Кросс, – добавила Мия, уставившись на серый камень.

— Она писала под мужским псевдонимом, чтобы ее работы воспринимали всерьез.

— Это так… печально.

Я пожал плечами и уронил сумку на землю – та отозвалась глухим стуком.

— Такие были времена.

Я вонзил лопату в грязь у гробницы и вырыл ямку фута в два, и продолжил рыть, пока фонарик Мии не уткнулся в черный пластиковый пакет. Мия стояла у соседней могилы, и я поднял на нее взгляд.

— Джекпот!

Мия опустилась рядом со мной на корточки, зажав фонарик меж зубов: она держала открытой сумку, а я разорвал пластик и принялся доставать оттуда деньги горстями. Для мая ночь выдалась холодной, меньше семи градусов по Цельсию, и между нами повисли белые облачка нашего дыхания. Мия оглянулась – похоже паранойя взяла свое.

— Ты боишься, любовь моя? – спросил я.

В сумке не осталось места.

— Нет.

Я застегнул молнию.

— Уверена?

Местечко здесь было жуткое, особенно посреди ночи. В прошлый раз я забрался сюда только после того, как бахнул пару стаканов жидкой храбрости. Но в этом я ей не признаюсь.

Мия чуть склонила голову набок.

— Я никого не боюсь. Особенно привидений.

— Я бы вслух такое говорить не стал. Вдруг им не понравится?

Я засмеялся, когда Мия выпучила глаза и пихнула меня в плечо.

Черт, какая же она красивая, даже здесь, в окружении смерти. Словно высохшая роза зимой.

Я похлопал по сумке, поднялся и снова забросал дыру землей. Мы быстро выбрались с кладбища и исчезли в лесу. Луна перестала быть нашей союзницей: на обратном пути я полагался лишь на свет фонаря и чувство направления. Мы нашли дверь только через час: закрытой. Хотя мы оставляли ее открытой.

— Вот черт.

— Не ругайся, – прошептала позади меня Мия.

— Черт, – пробормотал я еле слышно и снова дернул за ручку.

— Что?

— Должно быть, ветер захлопнул.

— Так открой ее.

— Не могу.

Я бросил сумку на землю и прижал ладонь к каменной стене, чтобы оттолкнуться от нее и попробовать снова.

— Олли…

— Я серьезно, Мия. Чертова дверь застряла.

— Ты шутишь, что ли? Так и знала. Ты разозлил ее дух! – она выдохнула. – И что теперь делать будем?

— План Б.

— Что за план?

— Устроим привал.

— То есть ты хочешь сказать, что после того, как ты показал мне наш чудесный дом, ночевать мы будем на кладбище? – простонала Мия, но во тьме ночи я ее не видел. – Мне надо в туалет.

— Придется потерпеть, любовь моя. На святой земле облегчаться незаконно.

И я пожалел об этих словах, как только они сорвались с моих губ.

— Но закопать рядом со знаменитой поэтессой сорок три штуки – это нормально? – прошипела Мия громким шепотом, и я был почти уверен, что она вскинул руки.

Да и выражение ее лица я легко мог представить.

— Мы вообще хоть что-то законное сейчас делаем, Олли?

Тон ее означал, что я попал в настоящую передрягу.

— Ладно, ты права, – я запустил пальцы в волосы и развернулся. – Вперед, принцесса.

— Что, прямо здесь?

— Лучше здесь, чем на могиле.

Мия посветила фонариком мне в лицо.

— Ладно, только не смотри.

— Мия, я руку-то свою с трудом вижу.

— И уши заткни.