Книга Теперь открой глаза, страница 134 – Николь Фиорина

В его голосе звучало возбуждение, и оно передалось и все – электрическая цепь любопытства.

Я не спросила его о доме, о Линче, о той жизни, которую мы выстроили за последние пять месяцев. Олли всегда мечтал отправиться в путешествие: встречать самых разных людей, посмотреть на чудеса света. А я хотела лишь ловить каждую его улыбку. Каждую искру в глазах.

— Я всегда готова.

Открыв один глаз, я уставилась на маленького мальчика, который смотрел на меня сверху вниз. На нем была дутая куртка, на голове красовалась кепка.

— Мам! – закричал он, указав на меня и Олли и скривился. – Они что, умерли?

— Зик, крошка, оставь влюбленных в покое, ладно? – позвала его мама с той стороны корабля.

И дикий орган внутри моей груди отчаянно забился при звук знакомого имени.

Мальчик не послушал ее – подошел поближе, борясь с суровыми морскими ветрам. Утреннее солнце осветило нас.

— Вы любите друг друга? – радостно спросил он, и в горле словно застрял комок.

Я хотела сбросить охватившее меня оцепенение и кивнула.

— А это навсегда? Потому что мама говорит, что если два человека спят вместе, их любовь навсегда.

Я подняла взгляд на Олли: тот все еще спал, прикрыв лицо одеялом. Глаза его были закрыты.

— Ну?

Солнце сияло. Я прищурилась. Эмоции мои готовы были выброситься за борт, прямо в синие волны.

— Любовь – это навсегда, – подтвердила я, успокоив ребенка. – Мы – это навсегда.

Мальчик улыбнулся, повернулся ко мне спиной и побежал к маме, выкрикивая: «Они не мертвые, мам! У них любовь! Навсегда!»

— Ох, ну и хорошо, милый, – порадовалась его мама, помахав мне рукой.

Я помахала ей в ответ и свернулась под одеялом. И так и лежала с открытыми глазами, чувствуя, как поднимается каждый волос на моем теле, и смотрела на море, и невольно улыбалась.

С Олли я научилась верить в невозможное. В необъяснимое. Рядом с Олли магия существовала. Я могла бы списать все на совпадение, но присутствие Зика будто бы окатило меня с ног до головы, и я знала, что это оно и было. Зик пришел ко мне. Может, таким образом он дал мне знать, что будет наблюдать за нашей свадьбой с небес.

Олли зашевелился, задышал чаще и тихонько застонал, просыпаясь.

— Ты пропустила рассвет?

— Ага. Но получила кое-что получше.

Олли

После тридцати шести часов в море мне очень хотелось спуститься обратно на твердую землю. Корабль причалил в Бильбао точно в шесть утра. Когда мы ступили на берег, было еще темно. Джейк сдержал слово: они с Мией не спали до утра, планируя небольшую свадьбу и глотая бокал за бокалом. И теперь мы с Лиамом тащили их обоих: Джейк ныл, а Мия пыталась спрятать свое ужасное состояние за моей федорой. Держалась Мия тихо.

Я вез за собой чемодан и замер, поправив рюкзак на плече.

— Пошли, любовь моя. Осталось всего несколько футов до твоего горячего кофе.

Мия что-то пробурчала, сообщая о том, что она еще жива. Я оглянулся и увидел ее спутанные коричневые волосы, свободные порванные джинсы и берцы. Она казалась такой крошечной в одном из моих худи на три размера больше.

В баре в порту мы с Лиамом заказали четыре кофе, пока Мия с Джейком искали нам ближайшее свободное место. Солнце еще не взошло, все дремали.

— Ты в чертовой Испании, – я поставил чашку с кофе перед Джейком, и он застонал. – Просыпайся, приятель.