Книга Даже когда я уйду, страница 153 – Николь Фиорина

Олли

Стоило карим глазам Мии посмотреть на меня, и время останавливалось. А вот улыбка ее заставляла секунды бежать – в такт моему непредсказуемому сердцу. Расстояние между нами измерялось шагами и количеством вдохов, которые мне стоило бы сделать, но я попросту не мог себя заставить. Во мне словно было тридцать футов роста. Я был достоин ее. Я проводил дни, сосредотачиваясь на том, чтобы не упасть, потому что колени мои в любой момент готовы были подломиться и удариться о землю.

Вот оно.Мия удерживает меня с такой силой. Каждый миг измеряется в том, как она управляет временем, расстоянием и мною тоже. А самое прекрасное? Она, черт побери, и понятия об этом не имеет. А, может, и имеет, потому и избавляла меня от страданий прикосновением своих губ.

Я проклят на всю оставшуюся жизнь.

— О чем ты думаешь? – Мия держала в руках литературную розу, зажав стебель двумя пальцами и прижав ее к щеке с горделивой улыбкой.

Глаза ее сияли так ярко, что смотреть на них было немного больно.

Я сглотнул и прокашлялся:

— Об идеале.

Мия соскочила со стула – в столовой она сидела рядом с Зиком – не спеша обошла стол и опустилась мне на колени. Я тут же запустил руку ей под футболку, коснувшись теплой кожи ее талии.

— Осталось два месяца, – прошептал я.

Еще два месяца.

Рука моя переместилась на ее бедро. Я коснулся лбом ее плеча и вобрал в себя этот момент, чтобы держаться за него, когда мы будем порознь.

Зик застучал по столу. Я поднял на него взгляд, но головы от Мии не отнял. Зик показал:

«Мия и Олли. Навсегда».

— На веки вечные, – подтвердил я.

Я заметил обворожительную улыбку Мии и сжал ее бедро, а потом снова посмотрел на Зика, старую душу, которому так нравились наши отношения. Ребенок внутри него просиял. Он напомнил мне меня самого в пятнадцать – неисправимого романтика, расцветающего от надежды и веры. «Офис». «Друзья». Даже «Ромео и Джульетта». Зик измерял свои дни окружавшей его любовью. Вот она, настоящая причина его прогресса. Вот почему он просыпался по утрам.

«У меня встреча с доктором», – показала Мия, и взгляд ее оторвался от часов и переместился на меня.

Еще целый час до нашей новой встречи. Как же мне хотелось, чтобы она не нуждалась в охраннике, но увы. Пока мы не отыщем шутника, – а, может, и после – я продолжу за ней ходить. Я потратил час на то, чтобы позвонить Трэвису, забрать ждущую меня у телефона пачку жвачки и книжку из библиотеки. Трэвис сказал, что они ждут от меня чего-нибудь новенького. Хотят больше моих слов. Но сейчас у меня ничего не было. Слишком много стресса – целые слои, друг за другом. Я пытался защитить Мию, угодить миру снаружи и издателю, и сражался с внутренними демонами. Я мог сломаться в любую минуту – такова моя новая реальность. Я был святым, которого лишили крыльев – смертность моя боролась в вечном поединке с душой. Внутри меня бушевала буря, и каждая секунда вдали от Мии полнилась страхом.

Сорок минут.

Я закинул в рот еще одну жвачку – все, лишь бы успокоить ноющую челюсть.

Пожалуй, лучше всего было вернуться в свою комнату. В толпе я едва мог удержать свою крышу. Особенно в толпе. Их эмоции, их напряжение, их тревоги… я все это чувствовал на себе. Мое тело тонуло в них, и, если бы Мия не держала меня, ярость их поглотила бы меня. Отдалила от мира и покоя.