Книга Даже когда я уйду, страница 150 – Николь Фиорина

Именно здесь я впервые встретила Олли. Мы впервые улыбнулись друг другу, впервые поздоровались в этой самой комнате. Да и вообще здесь много всего произошло: взгляды, рукопожатия, разбитые зеркала, привязанности, украденные прикосновения, сладкая любовь, рождественские поцелуи, смех и слезы. Эта душевая видела все самые важные моменты развития наших отношений.

Олли не до конца задвинул занавеску, и в небольшом проеме я видела изгибы его спины и симпатичный зад. Он включил воду, и чернильные птицы взлетели на его коже. Я видела лишь его часть, но глаза все равно скользнули по каждой мышце груди, живота и по тем линиям у мест, которые я тоже посещала. Как же мне повезло: я смогу смотреть на все это до конца своей жизни.

Ведь Олли мой жених.

Он выбрал меня, и я уже говорила об этом, но не устану этого повторять… никогда не пойму, почему он, черт побери, это сделал. Выбрал меня.

Олли чуть склонил голову, и его зеленые глаза поймали меня за подглядыванием. Он поманил меня пальцем. Щеки мои запылали. Я спрыгнула со стойки и подошла к его кабинке, а потом сунула голову за занавеску.

— Ты что, подглядываешь за мной, любовь моя? – прошептал Олли, проведя рукой по своему члену.

Я только что приняла душ, но уже снова стала чуточку грязной.

Я не могла на него насмотреться. Да, я подглядывала. Я всегда смотрела на него: и когда он мылся, и когда одевался, и спал, и ел, и занимался со мной любовью. Всегда.

— Ты не против? – спросила я, прикусив щеку и борясь с желанием дотронуться до его кожи.

— Я этого жажду, ты ведь знаешь, – он усмехнулся и повернулся ко мне спиной, чтобы смыть мыло. – Просто проверял.

Ах, он меня еще и дразнит!

Олли выключил воду, и я бросила в него полотенцем. Он вытер им волосы.

— Уверена, что ты нужна Скотту?

Стояк его даже не воспрял в полную силу, а все внутри меня уже подумывало о том, чтобы не сбега́ть сегодня из нашей комнаты.

— Не могу сейчас об этом говорить, – выдохнула я и закрыла занавеску до конца.

Олли рассмеялся, а я прижалась спиной к кафелю и скрестила руки. Пусть скорее выходит.

Мы почти выбежали из душевой и дальше по коридору, смеясь всю дорогу до двери в наш маленький персональный рай, который сами и создали. Губы наши столкнулись: Олли исступленно срывал с меня одежду.

— Мия, я не обманывал, – бормотал он между поцелуями. – Мы займемся сладкой любовью, и ты останешься со мной до тех пор, пока я не засну.

Я кивнула, и наши губы снова слились в поцелуе. А потом еще раз. И еще. И еще.

Олли не сразу заснул: он отказывался выпускать меня из своих объятий. Если честно, я и не хотела, чтобы он это сделал. Но Итан нуждался во мне.

Я выскользнула из рук парня и нашарила в темноте одежду. Желание поцеловать его пересилило страх, что я его разбужу, и тогда Олли снова примется уговаривать меня остаться.

— Я люблю тебя, – прошептала я.

Олли не пошевелился. Он никогда не шевелился – спал себе на боку, обняв ту часть матраса, где должна была лежать я.

Я чуть не потонула в черном худи, но в нем было тепло, и оно принадлежало Олли. Тот самый, с надписью «Поэтично». Каким-то образом Олли достал еще один такой же и подарил мне.

Я тихонько прикрыла за собой дверь и посмотрела туда, где в конце коридора меня ждал Итан.

— А ты не особо торопилась, – Итан подошел ко мне.