Книга Даже когда я уйду, страница 63 – Николь Фиорина

Оскар швыряет меня о холодную стену. Мне больно, но в то же время радостно, потому что я больше на все это не смотрю.

Оскар шлепает ладонью по дверному косяку. Тело его дергается вперед, а потом он буквально растекается. Чуть повернув голову, он пронзает меня взглядом.

Злым. Темным. Острым. Я кривлюсь.

– Не волнуйся, Оливер. Я найду для тебя прекрасную киску. Но не одну из тех, что будут принадлежать мне.

Я открыл глаза и понял, что Мии больше нет. За их столом вообще никто не сидел. Окинув взглядом столовую, я догадываюсь: студенты потихоньку расходятся по своим комнатам.

Я никогда не забуду о своем прошлом. Воспоминания эти всегда будут преследовать меня, выедать до дна… но в то же время они напоминали мне о том, каким человеком я быть не хочу. Однако с тех пор, как я вернулся к таблеткам, внутренние демоны решили использовать мое прошлое для своих целей. Они мучают меня им. Раздражают. Смеются надо мной.

Рядом вдруг появился Джерри.

— Пора идти.

Я яростно отодвинул стул, собрал мусор и выбросил в ближайшую урну. Мысли мои были заняты лишь одним – Мией.

Напряжение сжало своими ужасными пальцами мой череп, впилось когтями в кости. Я шел по крылу и чувствовал присутствие Мии. Она совсем недалеко – душа моя не ошибается. Сердце мое гудело внутри созданной дьяволом клетки. Бесстыдный член жаждал оказаться внутри нее. Напомнить ей о себе.

На полпути по коридору я резко остановился и поднял голову. Наши взгляды встретились. На бедрах ее низко висели пижамные штаны, которых я никогда прежде не видел. Когда-то я знал каждую часть ее гардероба. Но времена эти прошли – потому что я жил в мире без Мии.

Случайные мокрые прядки прилипли к ее шее. По коже скатывались капли воды, которые она не успела поймать полотенцем. Ее волосы хаотично торчали во все стороны.

Карие с золотом глаза пришпилили меня к месту: в них было столько жизни. Она в порядке. Она никогда не проваливалась во тьму.

Возможно, без меня ей было лучше.

Мия заперла меня внутри разбитого сердца. Мне было больно на нее смотреть. Агония усиливалась, добираясь до мозга костей. Как же мне хотелось вырвать их с корнями…

Я стоял не так далеко и заметил, как чуть приподнимаются крошечные волоски на ее обнаженных руках. Я впился в нее взглядом, осматривая дюйм за дюймом. По коже ее разбежались мурашки, и глаза мои опустились ниже, на грудь, которую не удерживал лифчик. Она тоже издевалась надо мной, как те чертовы тени.

Мия отвернулась. О, как мне хотелось, чтобы остановила она ту боль, что съедала меня. Чтобы избавила меня от страданий. Уж этим-то она была мне обязана.

Она совсем с катушек слетела, но я все равно любил ее. Любил так сильно, что почти ненавидел.

И сейчас мне хотелось трахнуть ее, чтобы показать свою ненависть. Ледяную ненависть, которая обжигала.

Настоящий мороз.

Мия

С тех пор, как я оттолкнула Олли, прошло всего шесть часов, но вот он, пялится на меня так, словно я – закуска. Челюсти стиснуты, кулаки сжаты, ноздри широко распахнуты. Его яростные кошачьи глаза пришпилили меня к месту. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять: я его достала.

Я открыла двери и почувствовала, как на меня обрушилось торнадо. Оно почти протолкнуло меня вперед. Знакомые пальцы схватили за бока, впились в мышцы и кости. С губ сорвался рваный выдох. Олли пинком закрыл дверь. Все, что было у меня в руках, я тут же уронила на пол. Знакомые губы мазнули по моему уху: Олли прижался ко мне сзади, пришпилил к двери.