Книга Даже когда я уйду, страница 78 – Николь Фиорина

– Ммм… всем.

Видение с Мией исчезают и сменяются новыми. Теми, которые я не хочу видеть. Видениями оттуда, куда я не хочу возвращаться.

– Что я тебе говорил, братец? – спрашивает Оскар. – Или мне стоит тебе напомнить?

Я дергаю руками, пытаясь высвободиться из веревки. Я привязан к стулу. Если бы я был старше и сильнее, то смог бы порвать эти веревки и спасти ее. Я смог бы сделать хоть что-то… что угодно. Но мне всего двенадцать, я мелкий и жалкий. Оскар напоминает мне об этом каждый проклятый день.

Обнаженная Жасмин лежит на кровати – такая ранимая, но покорная. Ее не нужно связывать веревкой. Ей не нужно заклеивать рот. Угроз Оскара хватает для того, чтобы сделать ее послушной. Жасмин думает, что она – его девушка. Но Оскар считает ее своей третьей жертвой. Она не ожидала, что с ней случится такое. Но вот же оно, случается. Мне было сложно держаться от нее подальше, потому что я хотел спасти ее.

Но она опередила меня.

Прошлым вечером она выбралась из комнаты Оскара и забралась ко мне, умоляя меня о том, чтобы я помог ей сбежать.

Я пытался, Жасмин. Я правда пытался.

Оскар нашел ее на коленях возле моего кинутого на пол матраса. И то, что разворачивается у меня перед глазами – мое наказание.

– Если в ней побывал мой член – она моя, – добавляет он, приподнимая Жасмин над кроватью и ставя ее на четвереньки.

Она не сопротивляется. Она словно мешок картошки. Ее длинные черные волосы спадают с ее спины и закрывают лицо. Оскар ударяет ее по заднице, и я резко отвожу глаза.

– Смотри, Оливер, – требует Оскар.

Я трясу головой.

Звук удара его руки о ее кожу заставляет меня зажмуриться еще сильнее, и Оскар кричит громче:

– Оливер!

Я неохотно поднимаю на него взгляд. Я многого не понимаю, но точно знаю: если бы я этого не сделал, он бы нашел способ меня заставить. Его темные волосы забраны назад и зафиксированы с помощью геля, и я вижу дьявола в его глазах. Он проклинает меня, когда Оскар встает рядом со стоящей на четвереньках Жасмин. Я вижу ее спину – лицо ее смотрит в стену. С Жасмин нельзя так обращаться. Она ведь человек, а не вещь.

Оскар двумя руками разводит в стороны ее ягодицы.

– Ты что, вставлял ей сюда свой мелкий член? – смеется он, и я снова дергаюсь, пытаясь выбраться из пут.

Меня накрывает волнами эмоций. Я сжимаю кулаки, не в силах справиться с погребающим меня под собой безумием.

Ярость.

Я пытаюсь кричать, но на моих губах скотч. У меня не получается.

– Конечно, нет. Ты не понял бы, что делать с киской, даже если бы тебе ее поднесли прямо к носу. – Он снова усмехается, и кровь моя закипает. – Видишь ли, Оливер. Если она мокрая, то девушке хочется. И спрашивать не нужно.

Оскар хватает Жасмин между ног, и пальцы его исчезают внутри нее.

– И эта просто изнывает от желания.

Той же рукой, которой он только что побывал в Жасмин, он срывает скотч с моих губ и ударяет меня по лицу.

– Ты больной! – кричу я.

Оскар запрокидывает голову и снова сует пальцы внутрь Жасмин, наращивая темп, грубее, чем должен бы.

– Тебе нравится, милая? – издевательски спрашивает он у девушки.

– Да, – стонет Жасмин, сдавшись.

Я распахиваю от удивления глаза.

– Попроси его остановиться! – кричу я.

Но вместо этого Жасмин выгибает спину – ее киска будто бы распахивается навстречу брату. Я отворачиваюсь.