Книга Бесчувственный Казанова, страница 32 – Л. Дж. Шэн

— Господи, Даффи. – Киран поперхнулся напитком. – За кого?

— За реального мужчину.

— Что ж, это сужает список вариантов! – прогремел он. – Кто он? Когда? Как? Мы его знаем? Он друг Би Джея?

— Какая разница? Все равно это не по-настоящему. – Я старалась говорить уверенно. – Похоже, он надежный парень. Очень… – Старый. Суматошный. – Зрелый. Активный. И честно говоря, сомневаюсь, что буду часто с ним видеться. Он фотограф в журнале о природе.

— А что Би Джей об этом думает? – Киран, казалось, то ли забавляется, то ли озадачен. Если я была пробивной, то он увальнем. Его всегда изумляли мои выходки.

— У нас с Би Джеем перерыв, – сообщила я брату, гордясь тем, что голос не дрогнул. – Он поедет в Катманду волонтером в монастырь.

Киран так вытаращил глаза, что они стали похожи на барабан стиральной машины.

— У кого-то выдались интересные сорок восемь часов.

Это правда. Я не могла дождаться субботы. Мне нужно было уткнуться лицом в подушку и проплакать до утра понедельника.

— Как думаешь, мама с Тимом меня прибьют? – Тим был маминым мужем. А вообще, отнюдь не только им. Он мне как отец.

— Прибьют? – Киран, задумавшись, провел костяшками по щетине. – По-моему, это слишком радикально. Но, может, вычеркнут из завещания.

— Ну тогда не говори им!

— Мой рот на замке. – Он изобразил, будто застегивает рот и выбрасывает воображаемый ключ через плечо. – Сама-то когда им скажешь?

— Думаю… никогда? – Я поморщилась. – Все равно брак ненастоящий. Я могла бы тянуть время, пока не получу грин-карту, а потом сделать вид, будто ничего и не было.

— Ну не знаю, брак – дело заметное, разве нет? – Киран выпятил нижнюю губу. – Как пластическая операция. Или смерть.

— Не этот. – Я открыла входную дверь и пошла к своей квартире. – Этот брак будет как тампон.

— Кровавый и неудобный?

Я наморщила нос.

— Никто никогда о нем не узнает.

— Плохой пример. Я всегда знал, когда у тебя месячные, – бодро сообщил Киран. – Ты психовала, превращалась в демона, и в доме невозможно было уберечь ни одну плитку Cadbury.

— Вот увидишь. – Я пропустила его слова мимо ушей. – Будет сущая ерунда.

На самом деле, это вовсе не ерунда. Хотя, возможно, и без нее не обошлось.

Ведь в моей квартире проходила настоящая вечеринка.

Причем вонючая. Как только я открыла дверь, меня атаковали всевозможные запахи. И ни один из них не напоминал аромат свечи от Jo Malone London, за которую я отдала сотню баксов.

А еще две женщины стояли в очереди в мой туалет (и кто же его занимал?), двое мужчин в костюмах сидели на диване, а в кресле устроилась собака (причем даже не крошечная дорогущей породы. Я про настоящего тридцатикилограммового зверя, который к тому же выглядел весьма старым и слепым). А на журнальном столике и кухонном столе была разложена недоеденная пицца.

Я бросила свою сумку от Chanel на пол, и ее цепочка тихо звякнула возле моих ног.

Из туалета выскочил маленький раздетый ниже пояса ребенок с игрушечным драконом в руке.

— У меня получилось, папочка! Я покакал в настоящий унитаз, и все сам!

— Вообще-то, полу и стенам тоже досталось, – уточнила одна из женщин, поспешившая в ванную с влажными салфетками. – Пойду уберу.

Ее златокудрая подруга помчалась за малышом, крича:

— Луи, иди сюда. Нет, нет. Ни в коем случае не садись на диван, пока я тебя не помою.