Книга Спаси сердце короля. Искупление, страница 136 – Фэя Моран

Гай наклоняется и впивается мне в губы с такой силой, словно то, что я сказала, безумно его заводит. А его горячий язык, проникший мне в рот, заставляет меня испустить глухой полустон.

Я с трудом отстраняюсь, упёршись ладонями в его грудь.

— Перестань так меня целовать в общественных местах, – с громким выдохом говорю я. – С трудом держусь, чтобы не раздвинуть перед тобой ноги прямо тут. Просто им всем назло.

Его глаза темнеют, и я вижу, как в них разгорается огонь. «Провокаторша», – читается в его взгляде. Он отстраняется лишь на дюйм, его дыхание обжигает губы.

— Ах, моя роза, – шепчет он хриплым голосом, от которого по коже бегут мурашки. – Тяжело думать, когда ты так делаешь.

Издав негромкий смешок, я отхожу и оборачиваюсь. Нигде не видно Итана, ради которого мы сюда и явились. Потом обвожу взглядом выходы.

— Всё будет хорошо, – заметив это, произносит Гай. – Я наставил своих людей. Если вдруг кто-то решит…

— Не решит. Я снесу им головы раньше, чем они успеют подумать. Пусть только попробуют хоть мысль такую допустить.

А внутри мне страшно. До дрожи. Если я увижу хоть кого-то с оружием или дёрнувшегося в нашу сторону человека… Клянусь, я вырву его сердце голыми руками, сколько бы сил для этого не понадобилось.

— Мистер и миссис Харкнесс!

Я вздрагиваю от прозвучавшего голоса.

Перед нами возникает сам Ровере в выглаженном до совершенства серебристом костюме, с уложенными набок чёрными волосами, в шляпе и с бокалом шампанского в руке.

Неосознанно становлюсь ближе к Гаю.

— Как приятно, что вы приняли моё приглашение, – улыбается итальянец. – Шампанского?

— Нет, благодарю, – отвечает Гай сухо.

— Как хотите. Тогда сразу приступим к делу?

Я напрягаюсь. А вот Гай остаётся хладнокровным. Слегка кивает. Не могу понять, к какому делу они собираются приступать.

— Каталина, мы с мистером Ровере должны поговорить, – обращается он ко мне. – Ты позволишь?

Только взглянув в его глаза, я сразу улавливаю просьбу всё-таки его послушаться. И с тяжёлым скрипящим ощущением в груди выпускаю его руку. Затем приподнимаю подбородок, делая вид, что меня ничего не волнует, и отхожу чуть назад.

— Я подожду тебя у барной стойки, любовь моя, – мой голос звучит уверенно. Даже я верю в своё спокойствие.

Гай посылает мне лёгкую улыбку, в которой улавливается приятное удивление, вызванное тем, как я его назвала, а потом я разворачиваюсь и ухожу прочь. Внутри всё сжимается от волнения, меня бросает в невыносимый жар.

— Всё будет хорошо, – раздаётся хриплый голос. Подняв голову, вижу Зайда за барной стойкой, к которой уже успела подойти. – Твоя паника отражается у тебя на лице.

— Я так боюсь, Зайди, – признаюсь. – Это ужасно.

Зайд фыркает, потянувшись к бутылке пива.

— Всё будет хорошо, – повторяет он увереннее. – Мы не позволим случиться ничему плохому: ни с ним, ни с тобой.

— За себя я не волнуюсь. Ни капли.

— Считай так: не станет тебя, не станет Гая. Так что за себя тоже волнуйся.

Внезапно его взгляд, метнувшись в сторону, замирает в одной точке, и я заинтересованно оборачиваюсь. Ах. Ава. В элегантном бархатном платье под цвет её пронзительных глаз. Поразительно. Ровере пригласил на свадьбу свою эскортницу.

— Когда ты с ней поговоришь? – спрашиваю я.

Зайд словно приходит в себя только после моего вопроса. Опускает взгляд и отпивает из бутылки немного пива, сохраняя всё то же молчание.