Книга Староград, страница 37 – Артем Рудик

И вот «нехорошее» нагрянуло. Большая, украшенная искусными золотыми ручками, двойная дубовая дверь распахнулась, и в помещение дунул сильный поток ледяного воздуха, а прямо за ним шествовала маленькая процессия, которую возглавляла укутанная в пушнину снежная королева, время над которой было не властно. Пронзительный бесчувственный взгляд лазурных глаз, тонкие черты лица, нежная кожа цвета слоновой кости, пшеничные волосы — всё это создавало образ нежного цветка, который холили и лелеяли всю жизнь.

Однако стоило приглядеться чуть внимательнее, и сразу становилось понятно, что цветочек, на деле, ядовит и колюч. Холод взгляда таил за собой вовсе не отстранённость, а скуку, свойственную обычно хищникам, что оказались на вершине пищевой цепи и более не могут найти себе ни достойного соперника, ни достаточно вёрткую жертву.

И Рония, к сожалению, вряд ли была стоящей добычей, с которой конунг хотела бы возится и бороться, а потому рассчитывать хотя бы на продолжение агонии и без того слабого государства было нельзя. Салем, жизнь которого зависит теперь от его нахождения у власти, это понимал. Я же, в свою очередь, как министр иностранных дел протектората, понимал, что без Салема все его сторонники долго не проживут.

А потому мы вдвоём, словно последние войны своей страны, стояли сегодня насмерть в дипломатической битве с заведомо непобедимым соперником, пришедшим лишь объявить наше поражение. И вот госпожа Снёрдхейм уже застыла прямо перед нами в окружении суровых «Воинов Нифльхейма», конугской гвардии федерации, представлявших собой неприступную стену из мышц и современнейшего снаряжения, которые, однако, явно сторонились своей предводительницы, вокруг которой чувствовалась странная аура из холода и ужаса.

Кая оценивающе окинула взглядом людей вокруг, остановив его лишь на спутнице коменданта, докторе Глиммер, насколько мне известно, занимавшуюся здесь какими-то военными разработками. Конунг быстрым шагом направилась к ней. Та же ответила лишь косым взглядом, по которому трудно было угадать, какую эмоцию она испытывает на самом деле. Однако они явно узнали друг друга.

— Доктор Глиммер, — абсолютно холодно начала Снёрдхейм.

— Кая! Я хотела было написать о своём внезапном отъезде, но тут, пока я пересекала полмира от Грипканта до Старограда, столько всего уже успело произойти, что я так и не смогла поймать момент, чтобы наконец объясниться...

— Ты ценный ресурс, но не настолько, чтобы меня интересовало твоё местоположение, — не дрогнув ни одной лицевой мышцей, произнесла конунг.

Элл, кажется, покраснела, словно слова Снёрдхейм были комплиментом, и, улыбнувшись, произнесла:

— Я крайне рада, что ты не против! Конечно, это временная мера, призванная дать мне глоток свежего воздуха и простор для реализации амбиций...

— Мне неинтересны пояснения, — перебила Кая, ничуть не повышая голоса. — Единственное, что важно, готова ли ты продолжать исполнять мои приказы, как только мне потребуется?

— Абсолютно.

— Тогда лично тебе пока ещё не о чем беспокоиться и незачем оправдываться, а двери моего двора остаются для тебя открытыми. Возвратишься, когда сочтёшь нужным. Хотя не могу не заметить, что своим поведением ты всё сильнее напоминаешь мне Воттин.

— Мне крайне льстит твоё сравнение с кошкой.