Книга Староград, страница 42 – Артем Рудик

— Запах, ты пахнешь гораздо сильнее прочих аборигенов. Не знаю, как с таким сильным запахом тебя не нашли другие...

— Я не очень понимаю, что ты имеешь в виду, говоря про мой запах. Это как-то связано с тем, что со мной происходит?

— Это всё следствия одного и того же процесса, человек. Процесса, который пока ещё вне твоего понимания и контроля.

— Так ты расскажешь о нём или так и будешь ходить вокруг да около?

— Конечно, я поведаю тебе о твоём недуге, ни к чему тут этот напор. Однако есть одно но...

— Что? Хочешь что-то взамен? Я многое могу дать за эту информацию, если она будет действительно того стоить.

— Нет, я готов поделиться с тобой абсолютно бесплатно, однако у меня есть два условия. Первое, ты не должен впадать в кураж после того, как узнаешь о своей новой природе. И второе, мы будем говорить в более живописном и уединённом месте. Пойдём! — он махнул рукой, приглашая проследовать за собой.

Мы отправились к технической лестнице, по которой поднялись на несколько уровней, после чего оказались около двери, ведущей в шпиль башни. За ней была узкая винтовая лестница, по которой мы вышли на открытую площадку, практически на самом верху башни, по крайней мере, это была самая высокая точка, куда можно было подняться на своих двоих.

Там мне в лицо ударил сильный, порывистый ветер. Он был столь холодным, что, казалось, хватает меня за самые кости. Было жутко, ведь на такой огромной высоте просто кружилась голова, хотелось вжаться в стену и ни на шаг не приближаться к перилам, а каждый порыв, казалось, вот-вот поднимет меня в воздух и выкинет за пределы рукотворного строения. Однако я вспомнил, что и само здание столь запущено, что может самостоятельно рухнуть в любой момент, и мне стало всё равно, ибо, коли судьбе будет угодно, я всё равно рухну вниз, один или с грудой бетона, не так уж и принципиально. Да и мне странно бояться умереть или переломать себе все кости...

— Непросто перебороть свои инстинкты? — словно прочитав мои мысли, сказал собеседник.

— Да, не без этого.

— В этом все люди.

— Давай уже перейдём к делу.

— Тебе некуда торопиться и нечего бояться, ты же сам знаешь.

— Если бы прямо сейчас не шла война, ты был бы прав. Каждая секунда здесь — это чья-то жизнь.

— Но не твоя, она была и будет в порядке. В сущности, тебе важны чужие жизни только потому, что, даже несмотря на подарок судьбы, данный тебе, вероятно, по чистой случайности, ты просто не сможешь сдюжить в одиночку с тем, что задумал.

— Ты меня упрекаешь?

— Мне, в сущности, нет дела до того, какие поступки ты совершаешь, они меня не касаются. Просто забавно, как человек пытается играть из себя героя и заигрывается настолько, что по итогу обманывает даже себя. Всё, что тебе действительно нужно, так это власть. На втором месте в списке твоих приоритетов — личная вендетта. Остальное равноценно не важно.

— Я оценил нравоучение, а теперь можешь перестать лезть в мою голову?

— Боишься, что всплывут секреты пострашнее? В любом случае, мне нет резона рассказывать о них кому-либо, можешь быть спокоен на этот счёт. Скажи мне лучше, твой запах, похожий на вечность, он получен благодаря камням?

— Каким камням?

— Камням в твоём сердце, прямо тут, — он слегка похлопал по своей груди, а затем продолжил, — без них ты вряд ли смог бы вместить в себе столь много заряда.