Книга Комната без хороших людей, страница 2 – Артем Рудик

— Поэтому Особый отдел так в нём заинтересован?

— Думаю, да. Будь это обычное убийство, нас бы не привлекли.

— Ну посмотрим.

Мы подошли к довольно новому дому, под номером четырнадцать. Он был построен пару-тройку лет назад и потому выглядел несколько презентабельнее соседних. Войдя в подъезд и поднявшись на второй этаж, мы постучали в массивную деревянную дверь. Спустя пару минут копошения на той стороне нам открыла пухлая свинка в ночнушке и с керосиновой лампой в руках:

— Кто такие?

— Особый отдел ВЧК, по поводу убийства товарища Шарикова, – сказал я.

— Не сильно вы торопились, – произнесла хрюшка.

— У нас не так уж и много специалистов сейчас. Все на фронте.

— Ну хорошо хоть сейчас пришли. Пройдёмте… – Она пригласила нас внутрь и тихонечко зашагала по тёмному коридору.

Остановившись у снесённой с петель двери, женщина пропустила нас вперёд. Мы вошли в маленький кабинет, где на пушистом ковре раскинулось тело пожилого мужчины. Сам ковёр был слегка окрашен уже засохшей кровью.

План действий был довольно прозаичным. Пока мой коллега осматривал труп, в чём был более компетентен, чем я, мне было необходимо опросить предполагаемую свидетельницу. Поэтому я вновь заговорил со свинкой, стараясь не слишком сильно повышать голос, чтобы не разбудить остальных жильцов:

— Кем вы являетесь?

— Я? – Свинка нахмурилась. – Ну вроде как я его прислуга. Хотя… теперь я вроде вполне свободная женщина и просто помогаю старику. – Она почесала подбородок. – Пожалуй, это зависит от того, кто победит в гражданской войне.

— Вы в этом не уверены? – Я с прищуром посмотрел на неё, чтобы слегка вывести из равновесия и заставить проговориться о большем.

Но она осталась невозмутима:

— Уверена. Я думаю, это будут наши.

Кого она имела в виду под «нашими», я так и не понял, но ответ этот был достаточно бескомпромиссен, чтобы я бросил попытки подобным образом расшатать её спокойствие и перешёл к конкретным вопросам.

— Ладно, поговорим о насущном. Когда его нашли?

— Под вечер. Он заперся у себя с самого утра и совсем не отзывался. Мы забеспокоились и решили вынести дверь. Так и нашли его. Сначала вызвали милиционера. Он тут всё посмотрел, а потом вы пришли. Больше никто и ничего внутри не трогал.

— Совсем никаких шумов не было?

— Нет. Он как зашёл, так и затих.

— Кто и когда последний к нему заходил?

— Кажется… – Она вновь почесала подбородок и задержалась с ответом, будто бы думая, о чём ей стоит говорить, а о чём нет. – Вчера к нему приходил его бывший ассистент, Заречный Павел.

— В котором часу?

— Я уж и не помню… – Она отвела взгляд.

— Покойный практиковал как врач, верно? – спросил я, с порога комнаты приметив лежавший на ореховом столе стетоскоп.

— Да… – вновь неуверенно произнесла моя собеседница.

— Значит, наверное, у него должна была быть книга приёмов?

Она помялась на одном месте и нервно притопнула ногой. Я продолжал наседать:

— Могу я её посмотреть?

Она неловко кивнула и стала удаляться куда-то в глубь квартиры, но на мгновение замешкалась, когда я ее остановил грозно сказал:

— Если там сейчас не будет страницы или последние пометки будут замазаны, то я вас арестую за препятствование действиям органов советской власти. Ну так, мало ли вы решите сейчас сделать что-то, о чём потом пожалеете.