Книга Молоко и мёд, страница 10 – Артем Рудик

Но странности нынче едва ли меня пугали, а потому я смело вошёл внутрь. С той стороны оказалось, что красная дверца располагалась на одном из обсидиановых валунов. Для надёжности прикрыв её и ещё раз провернув ключ, я пошёл по белому песку в поисках тех, кто содержался в этой тюрьме.

Да, это была не совсем обычная часть Альчеры. В каком-то смысле она была отделена от другого пространства и образовывала собой ещё одно третье субпространство нашей вселенной. Зефир называл это место "Хине" и писал в своих записях, что именно сюда Ванджина и Совет отправляли тех, кто был слишком опасен даже для того, чтобы его убить. Или тех, кого просто невозможно было убить.

Я думаю, что здраво рассудил о том, что враг моего врага мой друг. А потому те, кто содержаться тут, могут быть очень благодарны мне и за освобождение, и за то, что я так смело выступил против Общества. Тут то я уж точно смогу тут найти тех, кто обладает определённой силой... Возможно даже воскрешающей мёртвых.

Долго брёл я в одиночестве по белому песку, мимо бесконечной череды менгиров. Однако мои поиски всё же увенчались успехом и на вершине одного из них, я узрел белого кролика. Он сидел прямиком на одном из обсидиановых валунов, в одной лишь набедренной повязке, и медитировал. Лицо его было спокойно и умиротворённо. Мне подумалось: "Кто как не этот парень сможет помочь мне вернуть былую жизнь?"

Без особой опаски, зная, что в Альчере мне не угрожает смерть от других разумных существ, а также то, что я был единственным обладателем ключа к выходу, я подошёл к заточённому и спросил:

— Кто ты?

Видимо он не ожидал, что кто-то прервёт его медитацию, а потому он очень сильно встрепенулся и, видимо, с перепугу, рухнул с насиженного места. Я подбежал к нему, чтобы помочь подняться на ноги. Потирая затылок, он всё же поднялся на ноги и произнёс:

— О, Великий дух, сколько же я медитировал?

— Понятия не имею, но, возможно, я смогу вытащить тебя отсюда.

— Правда? – глаза кролика заискрились детской радостью, он в целом напоминал большого ребёнка своими повадками и движениями, – А как же те люди, что меня заточили? Как же мои сородичи?

— Сородичи?

— Ванджина.

— О, так ты из них... Что же, не хотелось бы тебя расстраивать, но они вряд ли уже будут чему-либо возражать. Они все нынче мертвы. А ты, получается, последний из них.

— Вот оно как... – кажется, такая новость не сильно его расстроила, – Так и знал, что без меня они долго не протянут. А что на счёт тех людей, что им помогали? Общества?

— Они... Ну... У меня с ними конфликт. Большой конфликт.

— Хорошо. Но тогда кто ты и от кого пришёл сюда?

— Сойдёмся на том, что я бунтарь внутри Общества. Который хочет, чтобы организация исчезла.

— Ав'сер? – он присмотрелся ко мне повнимательнее, – Нет, ты, конечно, похож на него, но не настолько...

— Я... – мне не льстило сравнение с наставником, но всё же я решил, что оно было приведено без зла, – Вроде как его бывший ученик. Это долгая история и я не уверен, что должен тебе рассказывать это всё.

— А я бы с удовольствием послушал. Всё же, несмотря на определённые сложности в наших отношениях, именно я дал людям проклятия и научил их использовать. Естественно, начав с двенадцати величайших людей своего времени. Интересно, как у них сейчас дела, если они уже берут неофитов и, попутно, начинают разваливаться... Надеюсь, что плохо.