Книга Моя бывшая жена, страница 88 – Оливия Лейк

Кир прижимался ко мне сзади, давая недвусмысленно понять, что сходит с ума. У нас был секс и в последние дни беременности и после родов, но хотелось по-настоящему, для кого-то по-обычному. Как бы мужчины ни любили оральный секс и ни раскручивали женщину на анальный, но если им закрыть стандартный проход – стонут и кручинятся. Прямо как мой муж.

— Давай так… – я развернулась в его руках и, ловко расстегнув болты на джинсах, нырнула пальцами под резинку боксеров. Прошлась по жестким волосам в паху и обхватила гладкий налитой ствол. Я сама безумно хотела близости, внутри почувствовать, хватать ртом воздух под его весом и поднимать бедра навстречу жестким толчкам. Мне стало жарко и влажно внизу. Единственное, что останавливало прямо сейчас провести его пальцами по моей промежности – копошение на первом этаже: мебель расставили, сейчас делали уборку.

— У меня есть для тебя подарок. – Кирилл нехотя отстранился и поправил джинсы. Но в трусы ко мне залез, сжал лобок и обреченно убрал руки. – Надо гнать всех из дома, – проворчал и повел меня в гараж.

Рядом с его «Рендж Ровером» и моей «Маздой» стоял новый «Порше Макан» серый металик. Я была в шоке.

— Мне кажется, на этом тебе удобней будет с ребенком. – Кирилл притянул меня к себе и крепко обнял.

— Кир, мне очень нравится. Спасибо, – я поцеловала его искренне, но не могла отделаться от сомнений и переживаний. – Но это же очень дорого… Откуда?

— Мне жена сына родила, – с улыбкой ответил. – Хороший повод сделать ей приятное.

Он всегда так отвечал, отшучивался просто. У нас была роскошная свадьба в ресторане на Патриарших, расходы все были на Субботиных. Кирилл даже обсуждать не хотел другой вариант. Тогда я списала это на состоятельность его отца.

Мазду подарил на свадьбу – своей машины у меня не было, я обычно брала папину. Такой подарок был неожиданным и невероятным. Не потому что жених был жадным или недостаточно любил, просто я не знала, что он мог себе позволить такие траты. Потом постройка своего дома – колоссально дорого! Мы не просто жили в достатке, мы могли позволить очень многое, а те ограничения, что были, больше связаны с его службой, нежели с отсутствием денег. К примеру, не во все страны ему разрешали выезд или наоборот могли запретить въезд.

— Кир, я раньше не расспрашивала сильно, а ты не хотел особо отвечать, но сейчас… – я обхватила его за мощную шею и зашептала прямо в ухо: – Я боюсь за тебя. Очень боюсь. Когда ты на службе, когда не звонишь, когда пропадаешь. Я боюсь, что ты не вернешься ко мне. Что тебя могут убить. А деньги… Ну откуда они, Кир? – я заглянула ему прямо в глаза: – Если ради меня, то не нужно. Мне нужен ты рядом. Мне и Паше. Живой и не в тюрьме.

— Девочка моя, – он привычно усмехнулся и по-хозяйски погладил меня по бедру, подбираясь к ягодицам. – Не волнуйся. У меня все под контролем. Просто верь мне. И знай: я никогда вас не оставлю. Никогда. Ты мне веришь?

Я потерлась о его щеку, царапаясь о щетину.

— Верю.

Я верила. Только вера и оставалась, когда муж неожиданно пропадал, иногда без предупреждения. Я никогда не ставила под сомнение, что он на службе. Никогда не подозревала в неверности. Достаточно было видеть его лицо, когда возвращался и обнимал меня до хруста в костях. Кирилл редко и очень скупо рассказывал, где был и что делал.