Книга Любовь приходит в Рождество, страница 84 – Шейла Робертс

«Именно так. Всем на радость по улице будут расхаживать диккенсовские песенники».

«А для взрослых вечером субботы начинается забег по барам, – вклинилась Карли Рей. – В этом году тоже все в силе?»

«Да, так что расчехляйте лучшие костюмы Санты и эльфийские колпаки. В местных ресторанах и пабах будут скидки на напитки и закуски».

«Приводите детей повидаться с Сантой, пока он не пустился в разгул, – пошутила Карли Рей. – Верно, Барбара?»

«Да. Он будет на главной площади в беседке с полудня до трех».

При упоминании всех заготовленных увеселений раздражительность у Френки как ветром сдуло. Затеяла она все это с чистыми намерениями. И не хотела перечеркнуть достигнутое из-за уязвленного самолюбия. Об этом речи быть не может, черт побери. Все ради любимого города и любимых людей, а еще всегда отрадно видеть, как других цепляет ее задумка. Ну вот. Приятно же проявить благородство?

Она обернулась своим благородством, как теплым одеялом, и усиленно в него куталась, несмотря на то, что целых три покупателя тем утром сообщили ей, что слышали по радио Барбару.

— Но это же была твоя задумка. Надо было и тебе отдать должное, – сказала миссис Уитворт, которая всегда покупала конфеты от Натали.

— Да, задумка моя, – сказала Френки и порадовалась, что хоть кто-то это помнит. – Но я рада, что с каждым годом она все больше разрастается и расширяется.

— Как по мне, это полный отстой, что Барбара взяла бразды правления в свои руки, – сказала Натали, когда занесла еще конфет, чтобы восполнить тающие на глазах запасы.

— Что поделать? Нам придется как-то уживаться.

Но это в нынешнем году. Не думай, что и в следующем будешь у руля, Барбара.Надо уметь делиться, и сейчас самое время научить этому Барбару.

Такое вот благородство.

День пролетел незаметно. И вот уже пора зайти домой, перекусить бутербродом и отправляться на спектакль к внуку. Само собой, Уорнер будет самой милой из всех снежинок на школьной сцене.

* * *

От чудовищной головной боли Стеф очухалась гораздо позднее, чем ожидала, и вечером среды с трудом успела в школу на спектакль Уорнера. Представление вот-вот должно было начаться, когда она наконец приковыляла к тому ряду, где сидели остальные члены семьи. К счастью, Френки заняла ей место с самого края.

— Я уже писать тебе хотела, – сказала Френки. – Как ты себя чувствуешь?

— Получше. Хотя бы вытащила из башки топор.

Стеф наклонилась помахать рукой Натали, сидевшей чуть дальше в ряду. Тут-то она его и увидела, в том же самом ряду, только с другого конца.

— Боже мой, это он, – сказала она Френки.

— Он – это кто? – спросила Френки, проследив за направлением ее взгляда.

— Мужчина из кофейни.

Френки пригляделась.

— Ого, а он хорошенький.

Это она еще преуменьшила.

— Кажется, Санта принес его тебе прямо в руки, – сказала Френки. – Можешь просто подойти после концерта в ту сторону зала и как бы случайно пройти мимо.

«Ведь ты ему так приглянулась, ха-ха», – раздался мерзкий голос бывшего Стеф у нее в голове.

И восторженное ожидание как улетучилось.

— Может, не стоит?

— Не пасуй. Откуда нам знать, вдруг он и сам вчера искал тебя в кофейне.

Стеф кивнула. Френки дело говорит.

— Чего тебе терять?

«А ничего. Ты же и так неудачница», – шептал ей Дух бывшего мужа. Но Стеф послала его куда подальше. Сестра права – ей терять нечего.