Книга Сделать все возможное, страница 23 – Р. С. Грей

— Если планируешь бросить меня во время кружения, я потащу тебя за собой.

На половине песни я заметила, как он смотрит на меня, его глаза были сосредоточенными, а выражение лица замученным.

— Перестань смотреть на меня так, как будто я каким-то образом подмешала голоса. Поверь мне, ты – последний человек, с которым я хочу танцевать, – сказала я в ответ на его странный взгляд.

Он покачал головой и отпустил меня, достигнув предела.

Толпа вокруг нас зашумела.

— Одна минута пятнадцать секунд! – прокричал кто-то, размахивая часами в воздухе. – Кто поспорил, что они продержатся не больше чем полторы минуты?! Заберите свои деньги возле чаши пунша!

— Дэйзи, – мама вытаскивает меня из воспоминаний, когда мы подъезжаем к дому, – у тебя такое же выражение лица, как и в старших классах. Ты все еще думаешь о Лукасе?

Я закрываю глаза.

— Не по своей воле.

На следующий день мне просто необходимо было выйти из дома, поэтому я вызвалась в продуктовый магазин. Конечно, управлять автомобилем моей неуклюжей загипсованной рукой не так уж и легко, но мне удалось найти просторное место на задней части парковки. Я устала после работы и вечером могла бы расслабиться дома, но мама слишком опекает меня, особенно теперь, когда считает меня беспомощной. По сравнению с ее чрезмерной заботой, вызывающей клаустрофобию, прогулка по продуктовому магазину под хрипящие звуки песни Uptown Girl Билли Джоэла может сойти за спа-день.

Вскоре я осознаю, насколько была неправа. Раньше, по возвращении в Северную Каролину, я спокойно могла выйти из дома, не боясь столкнуться со знакомыми людьми. Здесь, в Гамильтоне, все как раз наоборот. Я закрываю глаза и пытаюсь представить, как сейчас выгляжу. После работы я приняла душ, надела штаны для йоги и футболку. Мои волосы все еще влажные, а на лице нет макияжа. «Не лучший твой вид, Дэйз».

По дороге к раздвижным стеклянным дверям меня останавливают не менее пяти человек, как будто это организовано каким-то жестоким Богом. В основном люди просто здороваются или интересуются, как дела у моей мамы. Но когда соседка просит посмотреть на родинку на верхней части ее бедра, я останавливаю людской поток.

Оказавшись внутри, чувствую себя в безопасности, но на всякий случай выхватываю со стойки журнал People для маскировки. Я многофункциональна: складывая кабачки в тележку, я читаю интервью о Бене Аффлеке – и тут, на противоположной стороне овощной секции, вижу Лукаса. Он тоже переоделся после работы. На нем спортивная одежда и бейсболка. Он снял очки, а его футболка выглядит влажной, как будто он только что из спортзала.

Он поднимает глаза и видит, что я смотрю на него. Я тут же прикрываю лицо журналом.

«Уходи! Уходи! Уходи!»

Я повторяю эти слова себе под нос в надежде, что он исчезнет, как Битлджус. На всякий случай, если мое волшебное заклинание не сработает, я поворачиваюсь к нему спиной и запихиваю кабачки в тележку так, будто по каналу CNN только что объявили о нехватке овощей во всем мире.

Могу только представить его ехидное замечание: «Большая поклонница кабачков?»

Я стою на месте, дрожу и думаю, сколько времени ему потребуется, чтобы подойти и затеять ссору? Но через пару минут оглядываюсь и понимаю, что его нигде нет. Он решил не подходить.