Книга Сделать все возможное, страница 24 – Р. С. Грей

«Ха!»

Я расправляю плечи и, проходя через продуктовые отделы, чувствую, как меня охватывает страх. Внезапно высокие проходы кажутся стенами лабиринта, а Минотавр Лукас прячется где-то внутри. Я решаю пройти половину магазина и направляюсь к дальнему отделу с мясными и молочными продуктами, надеясь заметить Лукаса прежде, чем он увидит меня.

«Фух!»

Он на два шага впереди, выбирает курицу. Я знаю, что он видит меня краем глаза, но не поворачивается. Он берет упаковку низкокалорийных куриных грудок, которые, я уверена, после употребления каким-то образом превратятся в еще один ряд кубиков на его прессе. Он продолжает идти в нескольких метрах от меня. Это пытка. Кажется, теперь меня больше не интересует соус для спагетти, когда я знаю, что Лукас находится на другом конце прохода и пытается определиться с брендом макарон.

«Неужели он меня не видит? В какую игру он играет?»

Я намеренно подольше задерживаюсь перед стойкой с чипсами, спойлер: Бен Аффлек, вероятно, собирается вернуться к Дженнифер Гарнер. Я надеюсь навсегда потерять Лукаса из вида, но это бесполезно. Мы снова встречаемся в секции замороженных продуктов. Проходя мимо него, я готовлюсь услышать какую-нибудь подколку, но ничего не происходит. Он проносится мимо, как будто мы незнакомы. Я останавливаюсь и оборачиваюсь. Он выбирает мороженое. Теперь я знаю, что он притворяется: он в слишком хорошей форме, чтобы есть сладкое. Через его спортивную одежду я вижу каждый дюйм широкой груди и подтянутых ног.

Прежде чем понимаю, что делаю, я толкаю тележку прямо к нему. Однако из-за гипса у меня не получается проконтролировать траекторию ее движения, поэтому в итоге я тараню его тележку своей. Это было непреднамеренное применение силы, но мне нравится, какой тон разговора это задает.

— Привет, Дэйзи, – здоровается Лукас. Он ухмыляется, но его взгляд прикован к мороженому.

Я наклоняюсь вперед, стараясь встретиться с ним глазами.

— Довольно, Лукас. Я знаю, ты видел, как я ходила по магазину.

Он поворачивает голову к холодильнику с мороженым:

— «Роки роуд» или «Мятный шоколад»?

Это, должно быть, какая-то игра, но как самопровозглашенный знаток мороженого я не могу не ответить.

— Ты что, издеваешься? «Роки роуд» ужасное. Кто станет есть мороженое с орехами?

Он протягивает руку, хватает «Роки роуд», кладет в тележку и поворачивается ко мне спиной. К тому времени, когда до меня доходит, что меня только что отшили, он уже проходит мимо отдела с замороженной пиццей.

Несмотря ни на что, я тянусь за мятным мороженым с шоколадной крошкой.

У прилавка с молоком я его догоняю. Он выбирает двухпроцентное, как и я. Лукас достает один пакет молока и держит, ожидая, когда я осмотрю его и дам ответ. Я киваю, и он убирает его в мою тележку.

— Спасибо.

Когда он тянется за йогуртом, его взгляд падает на мои покупки.

— Ты еще кому-нибудь оставила кабачки?

— Ха! Я знала, ты что-нибудь скажешь по этому поводу! – Я выгляжу очень довольной, как будто я – детектив, а преступник только что признал свою вину.

— Мне просто интересно, что ты или хоть кто-нибудь приготовит из такого количества? Они занимают четверть тележки.

Я не думала так далеко наперед.

— Хлеб, – гордо заявляю я, как ребенок, знающий двенадцать слов.

— Хлеб из кабачков?