Книга Сделать все возможное, страница 74 – Р. С. Грей

— С каких это пор тебе нравится «Джек Дэниэлс»?

— С каких это пор ты носишь свитера?

Тишина. Мой ответ немного слабоват, но он признает его.

— Что здесь делают Келли и Патрик?

— Их пригласила моя мама. Для нас.

— Для чего? Дополнительные противники в игре?

— Она думает, что Келли будет добиваться тебя.

Он смеется, и мое сердце в три раза увеличивается в груди. Это обеспечивает дополнительный приток крови, и я набираюсь смелости, чтобы посмотреть на него. Его каштановые волосы до смешного очаровательны и волнисты. Его скулы кажутся острее, чем когда-либо. Он подносит мой стакан к губам и делает глоток, прежде чем вернуть его мне. Я хочу вылить все содержимое ему в лицо, но также хочу поцеловать его. К счастью, через дверной проем на кухню я вижу, как Келли смотрит на нас, и не делаю ни того, ни другого. Я знаю, что она хочет подойти и поболтать с Лукасом, она хочет заявиться сюда и хлопнуть большими карими глазами. Картина, как она улыбается ему, сводит меня с ума.

— Значит, Патрик здесь ради тебя? – спрашивает он, привлекая мое внимание к нему.

Я кручу в руках стакан.

— Предположительно. Я думаю, мама надеется, что он приютит меня, как бродячую собаку.

— Ты слишком дикая. Ты бы съела его живьем.

Я не отрицаю этого.

Мама хлопает в ладоши и объявляет начало вечера игр. Когда я возвращаюсь в гостиную с Лукасом, идущим за мной, то понимаю, что она переставила всю мебель обратно – видимо, в то время, когда мы с Мэделин собирались наверху. Вот тебе и фэн-шуй.

— Лукас, ты будешь сидеть здесь, а Дэйзи – здесь.

Она рассадила нас по разные стороны, и все смеются, кроме Лукаса и меня.

— Вы же спрятали все острые предметы, верно? – улыбается Патрик.

— У вас есть что-нибудь, чтобы использовать в качестве барьера между ними? – спрашивает мистер Тэтчер.

— Может быть, будет лучше поставить забор, – добавляет Келли, оглядывая всех в комнате, чтобы удостовериться, что мы считаем ее забавной.

Я хочу сказать ей, что она все испортила. Шутка больше не смешная.

— Хорошо, давайте начнем, – говорит Лукас с легкой улыбкой. – Мы оба согласились вести себя цивилизованно, да, Дэйзи?

Это то, что он говорит, но мой мозг искажает его слова в прелюдию: «Мы же договорились вести себя раскованно, не так ли, Дэйзи?»

Я прочищаю горло и слабо киваю.

Он садится на другой стороне гостиной, улыбаясь своими идеальными губами и идеальными ямочками, одетый в этот ужасный кобальтово-синий свитер. Он красив. Я хочу растерзать его.

— Да. Я согласна. Давайте начнем шоу.

Следующий час мы проводим в аду. Я сижу между Патриком и миссис Тэтчер, и, так как я люблю миссис Тэтчер, я бы хотела с ней пообщаться, но мне не удается сказать ей ни слова, потому что Патрик делает все возможное, чтобы завладеть моим вниманием. Келли тем временем зажала себя между Лукасом и нашим пыльным книжным шкафом. Там не было стула, но она его притащила. Ей явно неудобно, но она не возражает. Она сидит рядом с Лукасом, а ее платье очень низкого кроя, и как я раньше этого не заметила? Каждый раз, когда она наклоняется, чтобы поговорить с ним, ее сиськи задевают его руку. Я хочу объявить открытый кастинг для церковной рождественской постановки, чтобы она была вынуждена уйти.

Никто не сводит глаз с меня или Лукаса, и они смотрят на нас, как ястребы. Это похоже на то, как если бы мы были новым сезоном давно отмененного телешоу, и они смотрели бы его, чтобы убедиться, осталось ли все по-прежнему. Назло им я веду себя идеально. Я встаю и принимаю очередь в шарады. Патрик – мой партнер, и он должен угадать, какое название фильма я изображаю, но его догадки не имеют смысла.