Книга Бесишь меня, Ройс Таслим, страница 9 – Лорен Хо

— Агнес, встреча с Меллоном и Эвереттом, чтобы обсудить ситуацию, у тебя позже назначена, верно?

Я киваю. И в груди у меня разгорается слабый огонек надежды. Может, он думает, что, несмотря на результаты сканирования… Я покачала головой, не в силах даже надеяться, что все еще смогу участвовать в межшкольных соревнованиях, особенно после того, что услышала от хирурга. Но через пять месяцев – три, если я добьюсь своего… смогут ли они подождать, пока я поправлюсь, и выставить меня хотя бы на чемпионат штата и национальные соревнования?

Минивэн замедляет ход, останавливаясь на светофоре, почти незаметно. Стэнли оборачивается и смотрит на меня.

— Эй, Агнес?

Лицо у Стэнли суровое, хотя всю суровость портят добрые глаза и готовые к улыбке губы. Однажды, когда мы со Стэнли только познакомились четыре года назад, он попытался назвать меня солнышком, но я так рыкнула, что он оставил все дальнейшие попытки.

— Да, Стэнли?

Рози называет мою маму мамой, но я называю Стэнли – Стэнли, и его это устраивает. Отца у меня никогда не было, и слово «папа» наполняет меня страхом, который я не совсем понимаю. Хотя подозреваю, что мама предпочла бы, чтобы я называла Стэнли именно так.

— Даже если ты не будешь бегать, ты все равно замечательная, – говорит он, привирая с убежденностью, на которую способны только преподы.

Глаза застилают слезы, и мне приходится отвернуться. Семья пойдет на все, чтобы поддержать тебя, даже на ложь.

Сначала мы останавливаемся перед пунктом высадки для старшеклассников. Я выхожу с помощью Стэнли и инспектора дорожного движения, морщась, но сохраняя спокойствие.

— Я заберу тебя после школы, так что просто напиши мне, когда будешь готова, ладно? – говорит Стэнли.

Я киваю и начинаю осторожно ковылять к воротам. И тут раздается радостный крик. Я закрываю глаза и жду взрыва энергии, который представляет собой Зи, пока она обнимает меня с визгом восторга.

— Агнееес, дорогааая! – тянет она. – Как я рада, что ты вернууулааась!

— Зиии, – отвечаю я, смеясь и немного покачиваясь на костылях.

Она устраивает большое шоу, обнюхивая мое лицо и волосы, и говорит, как соскучилась по моей вони. Несмотря на мой нынешний мрачный настрой, вид Зи сразу поднимает мне настроение. Это похоже на лучи заботы и сострадания, которыми она бережно окутывает меня. Плечи у меня расслабляются, на угрюмом лице невольно вспыхивает улыбка, и я ничего не могу с этим поделать.

— Ты ж моя детка, – говорит подруга, мягко отстраняясь от меня.

Поддерживая меня за плечи, она поворачивается, слегка подталкивает меня бедром и забирает мою школьную сумку после некоторого сопротивления с моей стороны. Мне приходит в голову, что Зи, пожалуй, в первый раз, несет чью-то в буквальном смысле ношу, – дочь главного министра и правнучка одного из отцов-основателей Малайзии, в школе она всегда окружена помощниками, в том числе и добровольными. Она называет их подлипалами.

Если присмотреться, мы представляем собой довольно странную пару. Помимо одних и тех же предметов, у нас нет ничего общего с точки зрения происхождения, класса, семьи, интересов, музыки и т. д. Даже вкусовые пристрастия у нас разные: я, например, не любитель хлеба, а Зи его обожает. Но мы обе разделяем ненависть к подхалимам, подпевалам-шаркунам (ее слова) и людям, которые считают, что гавканье и рыканье – это хорошая реакция на что угодно.