Книга Последняя из Танов, страница 107 – Лорен Хо

А затем случилось чудо, и довольно жестокое, – дождь прекратился за час до захода солнца.

Так как это в любом случае был наш последний вечер и полагалось выпить, мы направились в один из баров у бассейна, чтобы полюбоваться закатом. Линда открыла бутылку винтажного шампанского «Крюг».

— Отличный вышел отпуск, не правда ли? – сказала она, отпив прямо из горлышка. – Никаких телефонов, никаких мужчин.

Я тоже глотнула шампанского и протянула бутылку обратно. Я смотрела, как солнце тает в океане, как будто это один из уровней «Кэнди Краш».

— Хорошо побыть вдали от цивилизации, – со– врала я.

— Прекрасно, тогда я тебе верну телефоны завтра.

— Ладно, какая разница. – Я могла спокойно потерпеть еще двадцать четыре часа.

Линда улыбнулась, глядя вдаль. Я поняла: изображает Скарлетт О'Хару из «Унесенных ветром».

— Знаешь что? Я думаю, что у меня все будет хорошо, – сказала она. – Спасибо, что приютила на все это время. Я от тебя съеду к началу июня.

Аллилуйя!

Воскресенье, 22 мая 9:30. Небо идеально голубое. Ни облачка, ни пятнышка. Какого черта!

20:45. Приземлились. Все три телефона снова у меня. Как хорошо дома.

21:35. Как плохо дома. С нарастающей паникой листала пятничные письма со зловещими темами. Выходит, «Чэпел Таун» хотят выйти из сделки, и, хотя причины и подробности пока не ясны, это очень плохие новости, так как «Санггух Кэпитал» остаются с голой задницей. А фонды прямых инвестиций в целом не очень любят выглядеть как идиоты. И кто-то за это заплатит. Надеюсь, что не я.

Понедельник, 23 мая

8:15. Пришла в офис. Увидела Суреша. Тут же выскочила из кабинета. Направилась с ноутбуком в библиотеку, чтобы поработать, и притворилась страшно занятой, положив рядом с собой на стол стопку документов. На самом деле я просто чиркала в блокноте и не делала совершенно ничего полезного, так как я не была даже уверена в наличии открытого дела, в счет которого могла бы внести это время как потраченное на «изучение».

Как низко я пала.

Суреш прислал мне кучу СМС и писем, пытаясь вызвать на разговор о том, что он обозначил как «ВизВэр-калипсис». Я их закрывала, даже не читая дальше первой строчки, так как это мог быть предлог поговорить о наших отношениях. Мысль о том, чтобы быть с Сурешем в одной комнате или на одной сделке, заставляла меня мечтать о билете на Мальдивы, где я могу провести весь сезон муссонов без вайфая. Среди моих ощущений было и что-то еще, непривычное: безразличие. Странность в том, что хоть я сначала и расстроилась из-за потенциального срыва поглощения «ВизВэр», над которым я так усердно трудилась, я не могла найти в себе силы встать и приступить к решению проблемы. Я могла уже звонить, писать письма, пытаться узнать, в чем причина, – но я просто не хотела. Может, после первой недели отпуска за пять лет мне нужно было время, чтобы втянуться обратно в процесс, и тогда я снова буду думать о рабочих вопросах. Ну, как у большинства людей бывает утром в понедельник, только в тысячу раз сильнее.

Просто… мысль об усердной работе на клиентов вроде «ВизВэр» – людей, которые относятся ко мне так, будто я второй сорт, – меня, скажем так, не слишком вдохновляла.

Я попыталась убедить себя погрузиться в работу, подумав о той финансовой свободе, которую получу, взобравшись на вершину крысиной пирамиды. И это даже чуть помогло. Мне нужно было вернуть себе настрой победителя.